В вымышленной реальности — на закрытой станции Хок Кесарь, жестокие тюремщики издеваются над заключёнными. Однако одна женщина, решившаяся на побег, не унывает и продолжает бороться за выживание. Этот рассказ описывает мир, где жизнь может быть безвыходной судьбой или потусторонней мечтой....
Её уже отправили мяснику, – ответил жорзаец и, дёрнув цепь так, что я сделала несколько шагов вперёд, передал ненавистную мне цепь одному из этих уродов.
Уроды пошевелили вислыми мясистыми ушами, и один проговорил:
– Какая-то она страшненькая… Худая.
– На расу Лордов похожа, – хохотнул другой.
– Ты прав! Как же я сам не догадался!
Дёрнули меня за цепь и поволокли дальше.
Я обернулась и лишь увидела, как зелёный гигант поднимается наверх на платформе. На свободу. Подальше от этой мерзости.
Я сглотнула.
Мне пришлось едва ли не бежать за охранниками, потому что они не собирались подстраиваться под мой шаг.
Коридоры стали шире, а потом мы вышли на отвесные лестницы, с которых открывался вид на самую настоящую арену, огромную, грязную, вонючую, с толпой разнообразных мужчин – сборище монстров.
Ощущение, что я оказалась в настоящей выгребной яме, из которой повылезали монстры…
Меня чуть не вырвало.
Здесь запах особо был плотным, даже будто бы ощущался на вкус…
Смесь сероводорода, мужского кислого пота, запах мочи, гуано и чего-то ещё омерзительного… Этот коктейль едва не лишил меня сознания.
Если вдруг по какой-то невероятной случайности мне удастся выбраться отсюда, то, наверное, я никогда не смогу смыть с себя эту чудовищную вонь.
Помимо запаха были ещё и звуки.
Рычание, будто голодные псы, а не мужчины, находились внизу.
От всего этого кошмара по моей спине прошёлся холодок.
– Заключённых сегодня ждёт большо-о-ой сюрприз! – протянул один из моих конвоиров.
Другой лающе засмеялся.
– Да, бой сегодня будет горяченьким!
Я прямо кожей ощущала их нетерпение.
Меня снова передали новому стражнику, который покрутил меня, словно куклу, скептически осматривая. Подёргал за волосы, заставил открыть рот и высунуть язык, а когда попытался своими грязными мясистыми тремя пальцами забраться мне в трусы, точнее в комбидрез, получил от меня пощёчину, от которой получился такой же эффект, как если бы меня ударил мотылёк своими крылышками.
Но само моё поведение его возмутило, он зарычал и залепил мне ответную оплеуху.
Меня отбросило на несколько метров назад, и я больно ударилась спиной о металлические ограждения. Голова вспыхнула сильной болью. В глазах заплясали разноцветные пятна. Как ещё моя голова не оторвалась, не знаю.
В ушах стоял звон, и я толком не слышала, что бубнили эти ублюдочные рожи, но зато всё чувствовала и видела.
Они подняли меня, снова дёрнув за цепь, и повели к маленькой платформе.
