В вымышленной реальности — на закрытой станции Хок Кесарь, жестокие тюремщики издеваются над заключёнными. Однако одна женщина, решившаяся на побег, не унывает и продолжает бороться за выживание. Этот рассказ описывает мир, где жизнь может быть безвыходной судьбой или потусторонней мечтой....
Зелёный урод предлагал нам понежиться на холодном металлическом жёстком полу, не обращая внимания на то, что одеты мы были лишь в один тоненькие белые комбидрезы и обуты в мягкие тапочки.
Урод.
Великан исчез, и мы остались вдвоем.
Я прошлась по новой тюрьме и вздохнула.
Апатия ещё сильнее притупила мои чувства.
Я даже холода не ощущала. Более того, мне в принципе было тепло и комфортно, тогда как другая девушка сильно дрожала от холода, а из её рта выплывало облачко пара.
Она сжалась в комок и села у стены, обняв себя руками.
Мне было всё равно, что будет с ней, что будет со мной.
Девушка сидела, уткнувшись в колени, и не смотрела на меня. Дрожала и тихо плакала.
Я села к противоположной стене и не заметила, как уснула.
Я не ощутила ни того, как мы взлетали, ни самого полёта, ни приземления.
Мой сон был крепким и без сновидений.
Видимо, организм компенсировал сном то время, что я провела у хорийцев в жестокой агонии и всепоглощающей боли. А быть может, что-то ещё. Не знаю.
Проснулась я, когда дверь с шипением открылась и раздался громогласный голос:
– Просыпайтесь, самки! Мы прибыли!
Зеленокожий великан отцепил от стен цепи и дёрнул на себя.
Я была уже на ногах, а вторая девушка не двинулась с места.
– Я сказал: ВСТА-А-А-АТЬ! – заорал он как потерпевший, и от его ужасного рёва я вздрогнула и отшатнулась обратно к стене.
Девушка даже не шевельнулась.
Тогда мужчина отбросил всю свою вежливость и с силой дёрнул на себя цепь с несчастной синевлаской.
Тело девушки упало в той же самой позе, в какой и застыло.
Я прижала ладонь к губам.
Она была мертва.
– Вот ведь жопа мира! – выругался жорзаец и зыркнул на меня с ненавистью своими глазками буравчиками. – Почему не спасла её, тварь?!
Изогнула в удивлении брови и спокойно ответила:
– Ты приказал нам спать. Я спала.
Зелёный урод раздул широкие ноздри и щёлкнул массивной челюстью.
– Тогда тащи её на себе, раз такая умная. Дохлая самка пойдёт на мясо для заключённых.
– Я не стану этого делать, – произнесла негромко, но слышно.
Думала, что зеленый начнёт возмущаться и гнуть своё, но он вдруг бросил цепь, к которой была прикована девушка, и, дёрнув «мою» на себя, сказал:
– Я буду с удовольствием наблюдать, как ты будешь кривляться перед нашими заключёнными. Эти парни тебя быстро покорности научат.
