В вымышленной реальности — на закрытой станции Хок Кесарь, жестокие тюремщики издеваются над заключёнными. Однако одна женщина, решившаяся на побег, не унывает и продолжает бороться за выживание. Этот рассказ описывает мир, где жизнь может быть безвыходной судьбой или потусторонней мечтой....
Не будь у меня в крови регенерирующего вещества, после объятий с этими тварями, я сдох бы в одно мгновение.
Поднялся на ноги, игнорируя головокружение, ранения и возникшую слабость, передёрнул плечами и сказал триадам:
– Почти добрались.
Глава 4
* * *Кесарь
В транспортном отсеке нас уже ждали.
Ещё несколько трупов – и путь до нужной нам капсулы был свободен.
– Кордан, заводи скорее, пока сюда не нагрянула толпа разъярённых ублюдков со своими дикими псами! – рявкнул я, помогая триадам забраться в капсулу.
– Дело одного мгновения, – сказал Кордан. – Но, если честно, я уже тебя заждался. Это место, знаешь ли, действует на меня угнетающе.
– Не ной, словно девица, Кордан. Ты – воин, а воин должен уметь терпеть лишения и выживать в суровых условиях, – проворчал я в ответ.
Мы говорили чуть с иронией не из-за самих шуток, а чтобы не потерять внутренний контроль."
"Усадив в капсулу триад, сказал раненому:
– Терпи. Осталось немного. Как только окажемся на корабле, сразу уложу тебя в медотсек, и ты мгновенно поправишься.
Триад кивнул и, схватив меня за запястье, вдруг сказал:
– Благодарю тебя, воин. Ты сдержал слово.
Я кивнул в ответ и произнёс:
– Погоди благодарить. Мы ещё на территории тюрьмы.
– Моё имя – Алкаринквэ Менелтор, воин. Я – брат неба. И отныне, пока я жив, я и твой брат, Кесарь.
Триады удивлённо взглянули на своего товарища, впрочем, как и я.
Они никогда и никому не называют своих истинных имён, ибо верят в их силу.
– Это честь для меня, – проговорил озадачено. – И давай поговорим об этом на корабле.
Закрыл триад в пассажирском отделении и направился к Кордану.
Капсула была уже заведена.
Ещё чуть-чуть – и я вместе с триадами буду на свободе, подальше от этой зловонной дыры.
– Поторопись, – позвал меня Кордан.
Я не дослушал товарища.
Я окаменел, не в силах двинуться вперёд, не в силах сделать даже вдох.
Меня будто ножом вдоль позвоночника и до самого мозга пронзило криком: «Не-е-е-е-ет!!! Помогите-е-е!!! А-а-а-а-а-а!..»
Женский крик в моей голове разрушил практически все ментальные барьеры.
– Кесарь! Кесарь, проклятье! Что с тобой?! – как сквозь толщу воды услышал я голос Кордана.
