– Но как же так? – будем давить на его чувство благородства, раз уж больше давить не на что. – Из-за магии мне ведь будет становиться все хуже и хуже! – кстати, весьма странно, что дар сейчас не реагирует и не стремиться выпотрошить магию Риана. Право слово, я прямо какой-то ходячий магический вампир!
– Тебе совершенно нечего опасаться, по всему дому установлены блокираторы магии. Да и восстанавливающие зелья, как я смотрю, пошли тебе на пользу. И я даже уверен, что тебе хватит сил точно так же разобрать этот несчастный сундук. Быть может, конечно, не с таким энтузиазмом, как ты его собирала, но все же…
– Издеваешься, да? – насупилась я.
– Да разве же я на такое способен?
Честно, было бы сейчас что-нибудь под рукой, я бы точно в него кинула, настолько вскипело желание стереть с лица довольную улыбку! Я тут, понимаешь, вся на нервах, что могу невольно ему всю жизнь разрушить и душу покалечить, а он еще и забавляется!
Но с другой стороны, Риан ведь понятия не имеет о моем даре…
– Так что, Лиза, твой поспешный отъезд отменяется, продолжаем наслаждаться нашим увлекательным супружеским союзом. Мне сейчас нужно будет уехать по делам, но к вечеру вернусь. Я заранее распорядился, чтобы ужин подали в твою комнату, ведь, заметь, берегу твое здоровье и не хочу, чтобы ты лишний раз перетруждалась, спускаясь в гостиную. Но не переживай, скучать тебе не придется, я составлю тебе компанию за ужином.
– Чтобы у меня точно случилось несварение?
– Ну что ты, ни в коем случае. Лично я рассчитываю на исключительно приятный вечер в нашем с тобой узком кругу. Примирительный семейный ужин с твоей чистосердечной исповедью на десерт.
Угу, и будешь ты на этот ужин есть длинную-предлинную лапшу, снимая ее со своих ушей.
А если серьезно, то пусть про самозванство и другой мир я могу Риану рассказать, он все же не сдаст меня, надеюсь, магам. Но вот про дар… Стоит ли рисковать?
– Я…просто задумалась, – вот теперь в голове воцарился окончательный хаос. – Хорошо, ужин, так ужин.
Даже если Риан и удивился моей внезапной покладистости, то все равно ничего не сказал. И лишь когда я осталась наедине с набитым сундуком, я все-таки не удержалась и выругалась вслух.
