Ругаться с шефом не пойду…
Закусываю губу, опускаю взгляд. Об этом я даже не думала. Просто… Во всем и всегда очень стараюсь. Важно понимать, достаточно ли приложила усилий.
– Вы же юрист… Кто вас знает… – Пожимаю плечами, решая пошутить в стиле Салманова. Он качает головой и снова ухмыляется. Я снова же хочу попасть в его голову.
Там, наверное, столько знаний о мире. А еще, возможно, мысли обо мне. Должны же быть… Хоть какие-то…
Ерзаю на кресле и забрасываю ногу на ногу.
Каблуки – это, всё же, творение не божье. В них чувствуешь себя одновременно и уверенной, и беззащитной. А еще привлекаешь внимание, которое стоило бы посчитать ненужным. Но оно так нравится, что хочется еще…
Мы с Айдаром одновременно отрываемся от моей покачивающейся ноги. Вскидываем взгляды на официанта, который довольно быстро принес наш заказ.
Пахнет лисичками и мясом. Ну неужели не идеально?
Хотя от Салманова хочется, конечно, услышать, что мой ужин был не хуже.
Передо мной опускается тарелка. Краем глаза отмечаю, что Айдар взял вилку, нож, приступает к еде сразу же. Я так не могу. Может быть пока.
Шепчу себе под нос: «Бисмиллях», и только потом тянусь за приборами. Да и то замираю на полпути, слыша:
– Можешь громче говорить.
Наблюдательность мужа в очередной раз поражает. Я захлопываю успевший приоткрыться рот и киваю. Даже не знаю, почему вдруг стыдно, но одновременно с этим приятно…
– Просто вы так не живете… – Оправдываюсь невнятно, становясь причиной очередной прокурорской усмешки.
– Ты меня в детство возвращаешь… Вся такая… Как я помню.
Каждое его слово греет. Я пытаюсь скрывать это за тепловатым равнодушием. Вроде как просто для поддержания беседы спрашиваю:
– Вы из традиционной семьи? – А потом изнываю от любопытства в ожидании ответа.
Но при этом вожу зубцами вилки по пармезановой стружке, которая украшает мое ризотто. Айдар же тем временем дорезает кусочек мяса и забрасывает в рот.
Ловит мой взгляд. Кивает.
Сердце ускоряется.
На самом деле, мне интересно узнать о нем как можно больше. Но и навязчивой показаться страшно. В голове формируется перечень из миллиона вопросов, я пытаюсь хотя бы самые важные выбрать, ведь на миллион он явно не ответит.
– Из традиционной. Мама с папой — крымские татары, мама еще на четверть курдка. Мы жили в Симеиза. Я первый в семье поступил на бюджет в престижном университете, мной очень гордились. Уехал на учебу. Но с третьего курса больше не возвращался. Давно дома был. А ты напоминаешь…
Он не кажется мне человеком, которого мучает ностальгия. Но сейчас я её почему-то за него ощущаю.
– Ты здесь родилась, да?
Киваю.
– Красивый город…"
"Айдар хвалит не потому, что ему нравится, а чтобы сделать мне приятно, я это чувствую. Тепла к человеку становится больше.