Автор
В августе 1852 года в Гэмпшире, Англия — мир женщины с именем Кэтрин. Все знают, что гувернантки обычно бесшумны и послушны, но Лео Рамзи, лорд Хатуэев, не может понять, зачем ему была устроена именно эта Кэтрин. Она не тиха и покорна, а дышит своей жизнью и мыслями, словно солнечный луч в затяжном мраке истории....
Зал внизу гудел как растревоженный улей. В театре стояла духота. От массы мельтешащих человеческих тел исходили волны жара. «Скорее бы закончился антракт», — подумала Кэтрин.
Она стояла, сложив руки за спиной, как вдруг между портьерами скользнула чья-то ладонь и сжала ее запястье. Мужское тело приникло к ней. На губах Кэтрин мелькнула улыбка. Интересно, какую игру затеял Лео?
Но голос, раздавшийся у нее за спиной, принадлежал не Лео. Это был голос из ее ночных кошмаров.
— Как чудесно ты выглядишь в своих прелестных перышках, моя голубка.
Глава 25
Кэтрин окаменела, обтянутая перчаткой рука ее сжалась в кулак, но лорд Латимер цепко держал ее, не давая вырваться. Вывернув запястье Кэтрин, он заломил ей руку за спину и заговорил приглушенным голосом.
Ошеломленная, застывшая от ужаса девушка поначалу ничего не слышала, кроме бешеного стука крови в ушах. Казалось, время дрогнуло, споткнулось и натужно поползло."
"—…Твое появление вызвало великое множество вопросов… — говорил Латимер. Голос его сочился презрением.
Кэтрин тяжело дышала, гневно раздувая ноздри. Это был ее первый выход в свет, после того как Гарри публично признал родство с ней, и ей не хотелось устраивать сцену.
— Почему бы вам не добавить к этому, — прошептала она, — что вы грязный распутник, пытавшийся силой овладеть пятнадцатилетней девочкой?
— Шш-ш! Уж кому-кому, а тебе должно быть известно, Кэтрин: мужчине никогда не ставят в вину его страсти, даже самые порочные. Молва осуждает женщину, источник вожделения. Пытаясь вызвать к себе сочувствие, ты ничего не добьешься.
— Лорд Рамзи…
— Рамзи использует тебя и отшвырнет, как он обычно поступает с женщинами. Надеюсь, ты не настолько тщеславна или глупа, чтобы возомнить, что чем-то отличаешься от других?
— Чего вы хотите? — процедила Кэтрин сквозь стиснутые зубы.
— Получить то, за что я заплатил много лет назад, — прошипел Латимер. — И я возьму свое, будь спокойна. У тебя нет иного будущего, дорогуша.
