Автор
В августе 1852 года в Гэмпшире, Англия — мир женщины с именем Кэтрин. Все знают, что гувернантки обычно бесшумны и послушны, но Лео Рамзи, лорд Хатуэев, не может понять, зачем ему была устроена именно эта Кэтрин. Она не тиха и покорна, а дышит своей жизнью и мыслями, словно солнечный луч в затяжном мраке истории....
Но он начинал понимать, что не может сломить сопротивление Кэтрин, и не находил выхода из тупика.
Надев плащ, Лео вновь приблизился к кровати.
— Не пытайтесь предсказать, на что вы способны, — прошептал он, погладив Кэтрин по подбородку. Он наклонился, поцеловал ее в лоб и добавил: — Вы еще сами себя удивите. — Подойдя к двери, он отпер ее, приоткрыл и осторожно оглядел коридор, потом обернулся к Кэтрин: — Заприте за мной дверь.
—Доброй ночи, — с усилием произнесла она. — И… простите, милорд. Я хотела бы быть другой.
Задержавшись у двери, Лео бросил на Кэтрин предостерегающий взгляд. В глазах его читалась насмешка.
— Вы вот-вот проиграете эту битву, Кэт. И вопреки вашему желанию поражение принесет вам радость.
Глава 27
Лео меньше всего на свете хотелось наносить визит Ванессе Дарвин, однако ему любопытно было узнать, почему надменной красавице так не терпелось с ним увидеться. Поппи дала ему адрес особняка в Мейфэре, на Саут-Одли-стрит, недалеко от домика с террасой, который Лео обычно снимал.
"Лео всегда любил Мейфэр, но не столько за его репутацию самого фешенебельного района в Лондоне, сколько за то, что в начале восемнадцатого столетия суд Вестминстера признал его «ареной буйства и разврата». Мейфэр был печально знаменит своими игорными домами, непристойными театральными постановками, кулачными поединками, петушиными и собачьими боями.
Едва Лео прибыл, его тотчас проводили в гостиную, выходившую окнами на двухъярусный сад.
