Автор
В августе 1852 года в Гэмпшире, Англия — мир женщины с именем Кэтрин. Все знают, что гувернантки обычно бесшумны и послушны, но Лео Рамзи, лорд Хатуэев, не может понять, зачем ему была устроена именно эта Кэтрин. Она не тиха и покорна, а дышит своей жизнью и мыслями, словно солнечный луч в затяжном мраке истории....
«Ратледж прав», — признал он. Даже в дни самого черного отчаяния Лео всегда знал, что у него есть любящая семья.
Он впервые понял, что совершила Поппи, разрушив невидимую стену, которой окружил себя Гарри.
— Спасибо, — тихо произнес Лео. — Я вижу, вам нелегко было говорить об этом.
— Совершенно верно. — Сохраняя полнейшую серьезность, Гарри добавил: — Хочу, чтобы вы уяснили себе одну вещь, Рамзи. Если вы обидите Кэт, мне придется вас убить.
В уютной, со вкусом обставленной спальне Поппи в одной ночной сорочке полулежала на кровати с книгой в руках.
— Ты говорил с Лео?
— Да, любовь моя. — Сняв сюртук, Гарри бросил его на спинку кресла и подошел к кровати. — Он хотел расспросить меня о Кэт, как я и думал.
— Ну и что ты о нем скажешь? — Поппи знала, что Гарри, как никто другой, умеет читать в душах людей, угадывая их мысли и побуждения.
Гарри развязал галстук, оставив его висеть на шее.
— Рамзи увлечен Кэт куда больше, чем ему хотелось бы, это ясно. И мне это не по душе. Но я не стану вмешиваться, пока Кэт не попросит о помощи. — Протянув руку к обнаженной шее жены, он легко провел кончиками пальцев по ее горлу, нежно коснулся трепещущей голубой жилки.
— Но я как раз дочитала до самого интересного места, — с притворной скромностью возразила она, поддразнивая мужа.
— Твой роман и вполовину не так интересен, как то, что случится сейчас с тобой.
Резко отбросив покрывало, Гарри склонился над женой… и забытая книга полетела на пол.
Глава 4
Кэтрин надеялась, что Лео, лорд Рамзи, еще не скоро вернется в Гэмпшир.
А пока Кэтрин оставалось лишь теряться в догадках, зачем Лео поцеловал ее.
Скорее всего он просто забавлялся за ее счет, открыв новый способ вывести ее из равновесия."
"«Будь в жизни справедливость, — с горечью думала она, — Лео был бы тщедушным лысым коротышкой, вдобавок рябым».
