Автор
В августе 1852 года в Гэмпшире, Англия — мир женщины с именем Кэтрин. Все знают, что гувернантки обычно бесшумны и послушны, но Лео Рамзи, лорд Хатуэев, не может понять, зачем ему была устроена именно эта Кэтрин. Она не тиха и покорна, а дышит своей жизнью и мыслями, словно солнечный луч в затяжном мраке истории....
— Или возвращайтесь в постель и дайте мне закончить начатое.
Кэтрин опрометью выскочила из комнаты.
Глава 11
Наутро после злополучной ночи Кэтрин принялась искать очки и поняла, что потеряла их во время своего визита в комнату Лео. С горестным стоном она уселась за туалетный столик и закрыла лицо ладонями.
«Какая глупость, — с тоской подумала она. — Минутное безумие». Не следовало поддаваться нелепому порыву.
Ей оставалось винить лишь себя.
Она сама дала Лео в руки превосходное оружие. Теперь он вволю поиздевается над ней.
Ее скверное настроение отнюдь не улучшилось, когда из-за коробки с туфлями, стоявшей возле кровати, показался Доджер. Столкнув головой крышку с коробки, хорек приветливо загукал и вытащил туфлю Кэтрин. Одному Богу известно, куда он собирался уволочь добычу.
— Прекрати, Доджер, — устало вздохнула девушка, уронив голову на сложенные руки.
Все расплывалось у нее перед глазами.
Бросив туфлю, Доджер проворно подбежал к Кэтрин и встал на задние лапки. Его длинное гибкое тельце приникло к колену девушки. Доджер трясся мелкой дрожью, но Беатрикс как-то сказала Кэтрин, что у хорьков это обычное дело.
— Я неважно себя чувствую, — грустно объяснила она хорьку, хотя и не испытывала никаких недомоганий. Раздраженно фыркнув в ответ на отказ Кэтрин, Доджер повернулся и стремглав вылетел из комнаты.
Кэтрин сидела, уткнувшись подбородком в кулаки, не в силах сдвинуться с места.
Она проснулась довольно поздно. С нижних этажей доносились шум шагов и приглушенные разговоры. Интересно, спустился ли Лео к завтраку?
Нет, Кэтрин никак не могла встретиться с ним лицом к лицу.
Она вновь вернулась мыслями к безумству прошедшей ночи, и по телу ее прокатилась волна желания. Кэтрин вспомнила жаркие поцелуи Лео, ее кожа запылала огнем. О, его губы касались самых сокровенных местечек, не зная стыда.
