Женя Семёнова, похищенная кержаками и убитая на реке Карагач, получает второй шанс на жизнь. Пройдя границу между миром живых и мёртвых, она возвращается к своим похитителям — суровым сибирским молчунам. Теперь ей предстоит найти своё место в этом жестоком мире и встретиться с убийцей.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Запах цветущего кедра» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Женя Семёнова, похищенная кержаками и убитая на реке Карагач, получает второй шанс на жизнь. Пройдя границу между миром живых и мёртвых, она возвращается к своим похитителям — суровым сибирским молчунам. Теперь ей предстоит найти своё место в этом жестоком мире и встретиться с убийцей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Женя Семёнова, похищенная кержаками и убитая на реке Карагач, получает второй шанс на жизнь. Пройдя границу между миром живых и мёртвых, она возвращается к своим похитителям — суровым сибирским молчунам. Теперь ей предстоит найти своё место в этом жестоком мире и встретиться с убийцей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Женщины всё время находились под психологическим давлением Матёрой. Нужна была стрессовая ситуация, чтоб вывести...
Рассохин тем временем поставил греть тушёнку и залпом выпил всю оставшуюся во фляжке водку. Амазонка встрепенулась, прервалась на полуслове и вдруг протянула руку.
— Мне тоже дай...
— Больше нет, пустая, — он потряс фляжку.
— Что, совсем нет?
Водка была и хранилась в пятилитровой канистре на дне рюкзака — запас на всё лето. Но сейчас был не тот случай, чтобы его беречь, потому что никакой экспедиции уже не будет. И удерживать сейчас от спиртного женщину, вернувшуюся с того света, не имело смысла. Стас достал водку, наполнил ею солдатскую фляжку и подал амазонке.
— Рюмок здесь нет.
Она сделала несколько мелких глотков, смакуя во рту, и не поморщилась: опыт пития из горлышка был.
— Давно здесь? — спросил Рассохин.
— Десятый месяц.
— Как вы сюда попадаете? — он отнял фляжку. — По конкурсу, что ли?
— Вербуют в клубах Стюарта, — проговорила она заученно, — присматривают на семинарах и предлагают... Сначала — как игры, увлечения, сказки про людей Кедра. Так обычно завлекают во все секты. Под благими предлогами. Тут — освобождение от мужской зависимости, совершенствование личности женщины...
— А у феминисток вербуют не так? В вашем клубе?
— У нас — фонд! Мы проводим акции в защиту женщин!
Рассохин едва сдержал мат.
— Какие акции?!.
— Фонд выполняет благородные задачи! — как-то уже привычно возмутилась амазонка. — Женщин превратили в товар! В предмет купли-продажи!
На голодный желудок даже от глотка хмель ударил ей в голову, но в груди согрелось, спорить и ругаться уже не было сил.
— Сумасшедший дом, — пробубнил Стас, — дурь, конец света...
Он сел за стол и начал жадно запихивать в себя тушёное мясо. Анжела посмотрела брезгливо.
— Вот как ты можешь? Есть, спать!..
— Могу...
— Ненавижу жующих мужчин!
— Отвернись.
— Вы становитесь похожими на животных!
— А моей маме нравилось смотреть... как мужчины едят. Нас было трое: отец, брат и я. Смотрела и радовалась.
— Какая пошлость!
— Не зли меня, — мирно посоветовал Стас.
— О тебе тут слава женоненавистника, — понаблюдав за ним, вдруг заявила она. — Даже Сысоева опасалась.
— Не сказала почему?
— Сказала... Только я не верю.
— Зря не веришь, — вяло признался он. — Мне и сейчас хочется поубивать вас... Или выдрать кнутом. Всю вашу общину мычащих... Для реабилитации. Навоображали себе, напридумывали сказок, отроковицы... А всего-то надо научиться любить.
Рассохин отставил пустую банку, достал трубку и набил табаком, но раскурить не успел, задремал, привалившись к стене. Когда свалился на лавку и как подложили спальник под голову — не почувствовал.
Кошмар начал сниться сразу же — перевозбуждённое сознание продолжало бодрствовать.
