Вымерзну просто. Не заболеть бы.
Место назначения достигаю минут через пятнадцать. Благо город у нас небольшой, а Арфа, где мы договорились якобы встретиться, находится не так далеко от моего района. Подхожу ближе к мраморной белой беседке. Толстые колонны держат куполообразную крышу, а золотой орел в виде огромной монеты сверкает в центре, над пикой внутри Арфы.
Оглядываю площадку, и замечаю, что тут вообще людей нет. Место настолько тихое и пусто, что жутко. И почему тут решил встретиться. У нас столько оживленных локаций. С другой стороны, в хорошую погоду здесь всегда толпится народ.
Переступаю с ноги на ногу, все же холодно очень. И закрадывается какое-то нехорошее предчувствие. С каждой минутой оно леденеет все больше, обрастая острой пикой. Сглатываю, переводя взгляд вниз. Губы сухие стали, от мороза видимо. Еще пять минут и домой. Нечего тут ловить.
Резкий звук от покрышек автомобиля разлетается эхом на пустой улице. Вздрагиваю и устремляю взгляд вдаль, где только что остановилась старенькая семерка. Все заляпанная грязными брызгами, которые то и дело прилетают с луж. Отворачиваюсь. Снова переступаю с ноги на ногу. Подумаешь машина подъехала. А в горле сухость дикая и сердце почему-то учащает такт. Вытаскиваю мобильный и на часы смотрю. Ощущение, будто вечность стою на этом холоде. Но всего десять минут.
Запрокидываю голову к небу и смыкаю глаза сильно-сильно. Потому что волнение, которое нарастает волной размером с ценами просто сбивает с толку. Откуда это дикое предчувствие плохого, ведь я всего лишь стою в городе, всего лишь жду встречу с Даней, вернее с его альтер эго Анонимом.
Снова сглатываю. Снова переступаю с ноги на ногу, а руки в карманах ледяные уже, хоть кипятком обливай. Тишина дикая кругом, даже вой собак не слышно. А ведь обычно они тут бегают, играются между собой. И прохожих нет совсем. За все десять минут ни одного человека. Как будто вымер город.
— Привет, — неожиданный женский голос звучит возле моего уха. Поворачиваюсь, потому что стояла спиной к проходу.
— Яна? — Глаза расширяются, дыхание учащается, так словно бы я на вершине К2*, где совсем не хватает кислорода. Чувство страха моментально возрастает по шкале до максимума. Ощущаю себя альпинистом, когда каждый неверный шаг означает роковую гибель. Когда просто на секунду прикрыл глаза и больше никогда не открыл их.
— Повеселимся? — Улыбка тянется на ее лицо, слишком странная, слишком дикая.
