Ему в ответ полетели охи и ахи, тяжелые вздохи и что-то вроде претензий. Однако на ситуацию это никак не повлияло. Все достали листики, закрыли учебники и принялись писать вопросы под диктовку. Затем нам дали время до конца урока, чтобы вписать ответы. Для меня это не было чем-то сложным, потому что в отличие от многих, я большую часть времени провожу за книгами.
Когда за десять минут до конца урока на стол упала записка, я и не сразу сообразила, в чем дело. Популярные ребята между собой в классах помладше еще вели такой тип общения. А вот уже в старших все свелось к мессенджерам в телефонах. Почерк внутри мне показался знакомым, но там были печатные буквы, а не обычные прописные.
«Титов перегнул, извини».
Моя права бровь моментально поднялась вверх, глаза округлились. Розыгрыш что ли какой-то.
— Филиппова, — шепотом позвал Леваков. Я повернулась, хотя желания лицезреть его не было никакого. — Это правда.
— Что? — Также тихо переспросила. А затем он кивнул в сторону записки. Поверить не могу. Антон попросил извинения?! Вроде не солнечное затмение сегодня и не парад планет. Откуда такая честь. Глаза одноклассника смотрели на меня с неким ожиданием, будто если прямо сейчас я не улыбнулась, случилось что-то плохое.
— Мог бы и не писать, — грубо шикнула в ответ и кинула обратно клочок бумаги. Моя анти любовь ко всему классу была вполне взаимной. Клоуны любят людей, когда им за это платят деньги. Или же когда понимают, что могут кого-то осчастливить. А я совсем не похожа на человека, мечтавшего, заставить улыбаться всех и каждого.
— Тась, — тихо и даже как-то нежно позвал Антон. Не свойственная ему манера речи по отношению ко мне. Не свойственный теплый взгляд в мою сторону. Не думаю, что это чувство вины. Скорее очередное желание поржать.
— Леваков, — обратился учитель. — Ты уже готов сдавать? Языками чесать команды не было.
— Почти все, — фыркнул Антон и снова уставился в свой заветный листок. Сегодня он сидел один, на удивление. Светка переместилась на первую парту к нашему отличнику. Списывала у него без всякого зазрения совести, а тот и рад был. Ведь внимание со стороны красавицы получить мог не каждый.
Когда прозвенел звонок, ребята быстро подскочили со своих мест. Также молниеносно сдали листки с ответами и покинули кабинет. Только я задержалась. Сделала вид, что мне нужно кое-что спросить у Вячеслава Игнатьевича. Сама же просто хотела залезть под парту и поискать ответное послание. Мне жутко хотелось увидеть знакомый почерк Анонима.
