На оклик мой: «Кто идет?», повторенный три раза, неизвестный не откликался и продолжал стоять неподвижно. Держа наготове револьвер и следя за неизвестным, чтобы предупредить его движение, я направился к нему. Но как только я показался на поляне, неизвестный бросился в чащу и случайно наскочил на укрывавшегося за деревьями десятского, который из опасения быть подстреленным держался несколько в стороне от меня.
Вдруг раздался глухой удар, а вслед за ним крики: «Ратуйте, ратуйте, умираю!»[130] Я моментально бросился на крик и увидал, что десятский валяется у ног неизвестного, кричит и цепко держится руками за ногу неизвестного, в то время как последний бьет десятского концом дубины по рукам, стараясь освободить свою ногу.
Подбежав к неизвестному, я направил на него револьвер со словами: «Стой смирно, иначе будешь убит» – и схватил при этом левой рукой за дубину.
Близость направленного револьвера, видимо, парализовала всякую попытку к сопротивлению неизвестного, и скоро удалось обезоружить его и связать ему руки его же поясом при помощи поднявшегося десятского, который стонал от боли, но старался помочь.
Овладев неизвестным, я, к своему удивлению, заметил, что мы остались вдвоем лишь с десятским, остальные же бежали.
Удар десятскому был нанесен в плечо и, хотя потерпевший стонал от боли, но, выражаясь по-военному, оставался в строю.
Мы осторожно вывели пленника из леса. Он оказался здоровенным парнем.
Выйдя из леса, я стал окликать своих, и на мой оклик послышался вдали ответ старосты, который дожидался меня с ящиком саженях в ста от леса, торговцы же укатили на своем экипаже на город Б., захватив с собой и разысканные вещи.
– Я як почув крык, – объяснял мне староста, – то дуже злякався – бо думав, що кого убили; торговцы тоже злякалысь и вси мы побигли до повозок, а Трыбулева покинули в лесу.[131]
Таким образом, я очутился в сильном затруднении, так как нужно было возвращаться в лес на розыск брошенного там связанного Требулева, а между тем меня стеснял задержанный парень, с которым ямщик боялся оставаться.
– Вин мене убье[132], – говорил здоровенный бородатый ямщик, плача.
Пришлось привязать задержанного парня к тарантасу и оставить при нем ямщика и уже отведавшего дубины десятского. Я же вдвоем со старостой отправился в лес на розыск Требулева.
– Це таки дила, що будь воно проклято, пропадешь ни защо, – говорил по дороге мне староста, – треба кыдаты службу[133].
Долго лазили мы по кустам, но нашли Требулева. Он испробовал все способы, чтобы развязаться, но это ему не удалось.