Автор
Внезапно парень решает жениться. Горелый, как всегда, остается молчаливым наблюдателем этой новой для себя ситуации. Окончательная дата приближается — не так уж и близко. Задумчив и сосредоточен на подготовке к свадьбе.
Там, в зале суда, была такая роскошная телка, в строгом костюме и каблуках, Горелый помнил, как интенсивно ее облизывали взглядами все без исключения мужики, явно у многих все по стойке смирно стояло, когда она, победоносно улыбаясь, вставала, чтоб зачитать вопрос или уточнение, или еще какую-нибудь еботень, призванную похоронить его, Горелова, надежды на свободу в ближайшие годы.
Тогда он ее ненавидел. И она была достойна его ненависти. Сучка.
Холодная, ядовитая стерва. Словно из порно-фильма про доминирующих самок вышла.
Ее было легко ненавидеть. И так же легко представлять себе самые развратные, самые дикие картинки секса с ее участием.
А то недоразумение, в задрипанной футболке и таких же шортах, всклокоченное, худое, остроносое, какое-то бледное, блеклое даже, словно моль выстиранная, хотелось прибить, чтоб не мучилась, а не трахать.
Да ее, блять, страшно за руку взять! Сломается, к херам!
Горелый даже оглянулся по сторонам, думая, что похмельный председатель ошибся и послал его не туда.
Но тут моль одним коротким словом намертво заткнула орущую на все село бабу, сверкнула знакомо глазами из-под спутанной блеклой челки… И все встало на свои места.
Она это, она, сучка!
Мимикрировала, тварь!
А нутро адское не спрячешь.
Горелый с мрачным удовлетворением отследил, как скандальную бабу унесло буквально в полсекунды на почтительное расстояние, и подумал, что явно у селянки есть чуйка.
Моль, между тем, осмотрев свою боевую девку, которая приплясывала с палкой на лавке, лишний раз подтверждая, что яблоко от яблони и от осинки не апельсинки, развернулась и прищурилась удивленно на его тачку.
И-и-и… Горелый понял, что наступил его выход!
И ох, как он вышел… Охуительно!
Эта часть спектакля получилась нереально крутой, именно такой, как он себе и представлял в камере, как режиссировал!
И выражение физиономии моли, ставшее еще более бледным, когда узнала его, поняла, по чью душу прибыл, было бесценным!
Сколько кайфа, это же охереть…
Горелый настолько воодушевился, настолько ему понравилась реакция сучки, тоже именно такая, как он представлял, что захотелось чуть-чуть форсировать события.
Например, поговорить.
