Автор
Внезапно парень решает жениться. Горелый, как всегда, остается молчаливым наблюдателем этой новой для себя ситуации. Окончательная дата приближается — не так уж и близко. Задумчив и сосредоточен на подготовке к свадьбе.
"
"Потому в камерных фантазиях Горелого не было крови и боли. Он не любитель такого, зачем себя переламывать?
А вот испуганные глаза проклятой сучки, когда доберется, наконец, поставит на колени и будет жестко, до криков, до диких стонов, драть, пока член не сотрет, пока испуг не переплавиться в похоть, чтоб сама тянулась, сама подмахивала, сама потом бегала за ним, выпрашивала… Вот эти глаза и эти фантазии в башке крутились постоянно. Можно сказать, были спасением все эти шесть лет, так бездарно проебанные.
А Горелый уже не в том возрасте, что запросто дарить какой-то хитровыделанной твари время своей жизни и не хотеть получить за это достойную компенсацию! Ну вот скажите, разве не прав? Прав!
Именно с такими мыслями, с такими намерениями и ехал он в этот богом забытый угол, которого даже на гугл-картах нет!
Три раза не в ту сторону сворачивал и лишнюю сотку мотал, пока не соображал, в чем дело и не возвращался, от души матеря русские просторы.
Только на нерве и бешеной целеустремленности и выехал.
Оказалось, что другим концом эта забытая деревня примыкала к трассе, по которой гоняли на бешеных парах фуры, но кто бы это указал в навигаторе?
Горелый чисто случайно узнал, уже после, когда приземлился на неосвоенной территории.
Тормознул у самого большого здания в центре села, и, как выяснилось, не прогадал. Именно там была школа, она же — что-то вроде правления, какие раньше в колхозах были. Колхоз давно отдал концы, а правление осталось.
Горелый познакомился с мрачным с перепоя мужиком, представившимся председателем, убедился, что советское прошлое тут помнят и любят.
За совершенно смешные копейки ему подтвердили, что прокурорша тут, в селе, только теперь училкой работает в местной школе. А еще сказали, где живет.
Правда, очень интересовались, кто он ей и чего хочет, Горелый отговорился знакомством.
Мужик, явно что-то в уме прикинув, солидно кивнул и, прихватив бабки, шустро свалил с рабочего места, повесив на правление замок.
Горелый только сплюнул на нравы тружеников села, прыгнул в тачку и поехал по нужному адресу.
Встал прямо напротив, не скрываясь, и принялся наблюдать.
Сцена с орущей бабой и мелкой, но боевой, явно в мать, засранкой, насмешила.
А затем появилась прокурорша, и резко стало не смешно…
Горелый присматривался к объекту своей ненависти и мести и давил в себе удивление.
Почему-то он запомнил ее старше. И фигуристее, что ли… И… Другой. Вообще другой.
