Автор
Внезапно парень решает жениться. Горелый, как всегда, остается молчаливым наблюдателем этой новой для себя ситуации. Окончательная дата приближается — не так уж и близко. Задумчив и сосредоточен на подготовке к свадьбе.
Один из мужиков, “очень представительный, явно начальник”, по словам Дмитрича, достал удостоверение, представился прокурором из Москвы, а еще отцом Яськи.
Наверно, он рассчитывал, что народ рассосется, но в деревне люди немного другого формата, чем в городе.
Никто никуда не ушел, только чуть утихли, но стояли за пределами забора мертво, и толпа постепенно все увеличивалась, заставляя нервничать приезжих.
Дмитрич, услышав, как Яська разговаривает по телефону, немного успокоился, решив, что я сейчас со всем разберусь.
У него самого телефон забрали, и у жены его тоже, потому ни позвонить в полицию, ни меня предупредить возможности не было.
Стас говорил со мной как раз, когда Яська неожиданно закричала гневно, отбежала в сторону и кинула в него куском сухого коровьего дерьма. Очень удачно, прямо в физиономию, заставив отплевываться и рычать от бешенства.
Стас резко закончил разговор со мной, а затем отдал приказ своим людям ловить Яську.
Я в этот момент чуть не седею от ужаса, представив, как испугалась моя девочка! Твари, какие твари!
— Она рядом? Дай мне ее! — наконец-то вклинившись в поток сознания начальства, перебиваю я Дмитрича, потому что чувствую, если ее сейчас же не услышу, реально с ума сойду! Мне просто необходимо осознать, что все, что говорит начальник, правда, и Яська в безопасности. Каким образом это случилось, как Дмитричу удалось отбить ее, потом выясню, а пока…
— Мама! — голос Яськи спокойный, веселый даже, — ты когда домой?
— Скоро, моя хорошая, — я сглатываю ком в горле, из всех сил стараясь не разрыдаться от облегчения.
— Давай, а то я скучаю! И вообще… Тот дядька врал, что он мой папа? Я не хочу, чтоб он был моим папой! Он плохой! Он дурак!
— Он не твой папа, милая, даже не думай… Он плохой человек…"
"— Вот, значит, правильно, ему нос расквасили! Так ему и надо! А я ему коровью какашку кинула в голову! Ты меня не ругай!
— И не подумаю! Я так люблю тебя, моя девочка, я так люблю…
— Я тоже, мам! Я пошла, там Варька ждет!
Я не успеваю больше ничего сказать, в трубке уже звучит голос Дмитрича:
— Вот ведь егоза какая!
— Она… Сильно испугалась? — в дрожью в горле спрашиваю я.
