В Нью-Йорке летит пассажир из Москвы: дождь и промозолившие лицо люди — так кажется Нестеренко, когда он садится в лимузин. Но стою ли ты на пороге чужой страны или родной — всегда есть что у隐瞒原著作者和书名。《封印者》讲述了一位莫斯科商人意外登上前往纽约的飞机后，所经历的惊心动魄的故事。暴雨、冷峻的人群，以及他内心深处对家的渴望交织在一起，形成了一幅动人心弦的画面。...
Ангел так и не сумел понять впоследствии, что же это тогда с ним произошло – отточенная выучка бывалого урки, готового ко всяким неприятностям, или помутнение разума. Одним резким движением он мог перешибить сейчас Зинаиде позвонки и, как поломанную куклу, швырнуть куда-нибудь в угол. Лицо девушки исказилось от ужаса.
– Да. Это правда, – Зина с трудом смогла справиться с охватившим ее испугом. – Только не пугай меня, пожалуйста. Я сама не знаю, что со мной происходит. Но я вдруг поняла, что ты нужен мне. Я буду твоей собакой, можешь бить меня, но не прогоняй.
Ангел прикрыл глаза, со всей силы сжал кулаки и резко выдохнул. Сейчас следовало выдержать продолжительную паузу. Но после такой вспышки ярости она дается труднее всего. Молчание продолжалось не более пятнадцати секунд.
– Поди прочь... стерва! – процедил Ангел, окидывая Зину ледяным взглядом. – Чтобы ты никогда больше не показывалась на моем пути. Если я тебя увижу хотя бы еще раз, то просто разорву напополам, – многозначительно и спокойно пообещал вор.
Ангел узнавал свой голос, слышал собственные интонации, но он никак не мог отделаться от ощущения, что сказанное произнес какой-то неведомый ему человек. Самое ужасное заключалось в том, что Зинаида очень нравилась ему. Ни с одной из женщин ему не было так хорошо и спокойно. Подобное открытие он сделал буквально в первые минуты их встречи. И законник имел все основания полагать, что самые прекрасные часы в их общении еще не наступили. Жаль, что все вышло так мерзко.
– Я никуда не пойду! Ты ведь не хочешь этого? – внезапно произнесла женщина, и в голосе ее сквозила плохо скрываемая надежда.
Ну как объяснить этой дуре, что веру не меняют в одночасье. Да и потом, как поверить человеку, уже единожды солгавшему?
– Правда, – выдавил из себя Ангел. И к собственному удивлению, не почувствовал в своей душе никакого раздрая.
Все выглядело органично. Он возвращался к себе прежнему, к мальчишке из далекого сибирского поселка, влюбившемуся в красивую зэчку, для сладостных встреч с которой приберегал утаенные полтинники.
– Послушай меня, девочка, – снова заговорил Ангел, пытаясь проглотить ком в горле. – И не надо так счастливо улыбаться, я еще не все сказал. Наши отношения останутся прежними, если ты будешь выполнять все то, что я тебе говорю.
– Я согласна, – по-детски растирала Зинаида кулаком слезы.
– Мне не нужно от тебя никаких жертв.
