— Обязательное исследование при подозрении на эпилепсию. ЭЭГ покажет нам аномальные паттерны, характерные для эпилептических приступов.
— Как это будет происходить?
— При проведении ЭЭГ пациенту надевают специальные электроды на кожу головы. Эти электроды будут регистрировать изменения электрической активности мозга и передавать полученные данные на прибор для записи.
— Поняла.
— Если возникнет необходимость, проведём также МРТ. Это дополнительное исследование, которое может помочь обнаружить структурные изменения в мозге.
— Ясно. Будет что-то ещё? — устало интересуюсь.
Больница мне надоела до чёртиков. Уже очень хочется домой, если честно.
— Думаю, не помешает генетическое тестирование. Учитывая, что имеется наследственный фактор.
— Наследственный фактор? — переспрашиваю озадаченно.
— Да. Алиса Андреевна сказала, что ваша мама — эпилептик, — разъясняет она осторожно.
Прекрасно! Так вот кого мне нужно благодарить?
— Я вернусь за вами, — вскидывает запястье и смотрит на часы, — минут через сорок, хорошо?
Киваю.
— Пока принимайте посетителей. И, Тата, пожалуйста, прошу вас позавтракать. Вы плохо питаетесь, — недовольно смотрит на нетронутый поднос с едой. — Мы понимаем, да? Чем быстрее придём к нормальному физическому состоянию, тем скорее попадём домой.
— Я вас услышала.
— Замечательно, — её губы снова растягиваются в раздражающей улыбке.
Уходит.
Я же продолжаю неподвижно пялиться на одеяло и это длится до тех пор, пока в палату не входит бабушка.
— Тата, милая моя, ну как ты? — Алиса Андреевна тут же оказывается рядом. Садится на стул, стоящий возле моей кровати. Берёт меня за руку.
— Почему ты не сказала, что у матери тоже были приступы? — выдаю вместо приветствия.
— Тебе врач об этом сообщила?
— Да, но я бы предпочла узнать это не от неё.
— Извини. Мы просто не думали, что у тебя обнаружат такое же заболевание как у Насти, — виновато опускает глаза.
— Меня интересует частота этих приступов. Можно ли их как-то предотвратить?
— Тата… Я, к сожалению, не могу ответить на эти вопросы. Не совсем владею информацией."
"Хороша же мать!
Еле сдерживаюсь, чтобы не произнести эту фразу вслух.
— Самый первый приступ. Когда он у неё случился? В каком возрасте?
Бабушка вздыхает.
— Ну? — нетерпеливо поджимаю губы.
Чего она медлит?
— Это случилось тогда, в бункере.
— Прямо там? — сглатываю, однако в горле будто ком шершавый.
— Да. Настя сказала, что сильно перенервничала. Боялась темноты, да и вообще, вся эта ситуация с похищением…
— Значит, приступ тоже случился на фоне стресса.
— Получается, что так.
Какое-то время мы с ней просто молчим.
— Она… Одна была в тот момент?
— Нет, с младшим Климовым.
— Понятно.
Ничего не хочу слышать про этого человека.