— А эти с чем? — интересуется Дэн.
— Свободный, ей Богу! Ты уже столько филатовских пирожков сожрал, а всё никак не можешь запомнить. Эти с яйцом, вот эти с картошкой, дальние с капустой.
— Всё правильно, Максим, — кивает Полина. — Марсель, угощайся.
Аппетита нет, но один я всё же беру. Чисто для того, чтобы занять чем-то свою напряжённую челюсть.
Неделя.
«Мне нужно навестить отца».
Окей, это я понимаю, но тревожит меня другое. Тигран-который-леопардовый-пиджак тоже ведь в Москве находится.
А вдруг к нему едет?
— Осторожно.
Ошпариваю пальцы кипятком.
Матерюсь.
Губами указательный зажимаю.
— Мальчики-девочки, идём пить чай! Небольшой перерыв и приступаем к украшению зала.
— Слышь, Филь, а ты реально сама их печёшь или всё-таки покупные?
— Петров, ты покупные от домашних отличить не можешь? — усмехается Горький.
— Ну мало ли, — пожимает тот плечом.
— Сама всегда готовлю, сто раз уже говорила, — обиженно возмущается староста.
— Не, ну вот интересно, а когда ты успеваешь? У тебя ж день распланирован по часам. Подготовка к олимпиадам, кружки, продлёнка, волонтёрское движение, воскресная школа, — загибает пальцы Денис.
— Когда минутка свободная выдаётся. Эти — утречком сварганила.
— Вот брешет! Ты на уроках с восьми утра вместе с нами! — фыркает Петросян.
— Так это с восьми. А встаю-то я в пять.
— Чё?
— В пять?
— Ты щас пошутила?
— Нет.
— На фига так рано?
— Кто рано встаёт, тому Бог подаёт. Слышал такое?
— Только про Бога не надо заливать, лады?
— Ромасенко!
Беседа прерывается. Все взгляды устремляются в сторону двери. Там стоит наш школьный психолог и она, судя по выражению лица, чем-то крайне недовольна.
— Здрасьте.
— Максим, можно тебя на пару слов?
— При всех говори чё хотела, у меня секретов от товарищей нет.
— Ну, во-первых, соблюдай, пожалуйста, субординацию. Меня зовут Маргарита Алексеевна, — чеканит девушка сухо. — А во-вторых, ты почему опять не на занятии? Оно, к твоему сведению, идёт уже целых двадцать минут, — стучит пальцем по наручным часам.
— Вот и пусть идёт дальше. У нас тут движ поприятнее, — отвечает ей Макс.
— У тебя шестьдесят секунд. Жду в своём кабинете.
Собирается уйти."
"— Я не приду, — бросает друг ей в спину.
— Ромасенко, — Марго медленно разворачивается. — Напоминаю, что занятия обязательны для посещения. Аргументов для непосещения быть не может.
— Мне похрен. Такой аргумент подойдёт? — откусывает пирожок и невозмутимо отражает её взгляд.
— Максим! — шипит на него Филатова.
— Комиссии так и передадим? — Алексеевна выгибает бровь.
— Передавай, — отмахивается.
— Отлично, — улыбнувшись, кивает она и выходит за дверь.
Секунда. Две. Три.
Все слегка в шоке.
— Ты сдурел? Так с учителем разговаривать! — испуганно отчитывает его Полина.