Автор
В Запрет на Любовь, читатели окунутся в тайны и перипетии между двумя человеками, брошенными судьбой. Сюжет развивается по скрытому пути, где каждый шаг повседневной жизни скрывает сложные интриги и загадки, которые потихоньку раскрываются во время романтического романа. Каждая глава открывает новый уголок в этом мрачно-сладком трагическом сюжете, где любовь становится единственным светом среди бездны зависти и ревности....
— Отец почему до сих пор не облысел? Колись, Марсель. Он ездил в Турцию на пересадку?
— Вроде не.
— Втирает в репу какой-то волшебный хренолосьон?
— Не видел у него такого.
— Шаман треклятый! — цокает языком. — У меня в его возрасте уже было гнездо, с проплешиной в центре. Где справедливость?
— Не расстраивайся, деда, — София кладёт ладошку на его щёку. — Хочешь, мы с тобой поделимся и швеньон тебе сделаем?
— Шиньон. Дай раздеться с дороги, — отец забирает у него мартышку.
— Собака как была придурковатая, так придурковатой и осталась, — дед присаживаясь, чешет неуёмную Санту по шерстяной морде.
— Да здесь я, чего ты разорался на весь дом? Подарки из сумки выкладывала.
— А-а-а-а-а-а-а!
— Ба-а-а-а-а-а-а!
Ведьмы на радостях бегут к ней.
— Как долетели? — оттаскиваю Санту за ошейник.
— Дерьмово, — по обыкновению не стесняется в выражениях дед. — Весь полёт мне казалось, что пилот находится в состоянии алкогольного опьянения.
— Это зоны турбулентности и воздушные ямы, Игорь.
— В гробу я видел эти ямы! Обратно поедем на поезде.
— Та неужели? Там будешь возмущаться, что вода мерзкая и жаловаться, что тебя укачивает."
"— Лучше пусть укачивает. Чуть селезёнку не выплюнул! — возмущается, раздражаясь по новой.
— Где мой мальчик? Ах, какой ты высокий и широкий стал! Красавчик кучерявый! — бабушка активно треплет за щёки и расцеловывает.
Морщась, стоически терплю.
— Копия папаша в юности! Скажи, Игорь?
— Н-да. И начинка та же, — вздыхает тот, глядя на меня.
— Кто виноват? Это всё твои доминантные Абрамовские гены, — подаёт голос отец, наблюдающий за нами со стороны.
— Может, в этот раз нам повезёт больше? — выражает надежду.
— Игорь!
— Может, но вряд ли, — батя пожимает плечами.
— А кто у мамы в животе? Кучерявый мальчик или кучерявая девочка? — озадачивается София, совсем недавно узнавшая новость о том, что в нашей семье ожидается пополнение.
— Пока не знаем, ещё рано, — отвечает он ей.
— Я хочу, чтоб это был второй Марсель. Для равного количества, — треплет его за кудри.
— Второго Марселя я не вынесу, Сонь. У меня лимит на нервные клетки.
Обиженно поджимаю губы.
— О! Слышь, как заговорил, Марьян? Понял, что это такое, когда свои дети появились.
— Давайте проходите за стол уже, пап.
