Автор
В Запрет на Любовь, читатели окунутся в тайны и перипетии между двумя человеками, брошенными судьбой. Сюжет развивается по скрытому пути, где каждый шаг повседневной жизни скрывает сложные интриги и загадки, которые потихоньку раскрываются во время романтического романа. Каждая глава открывает новый уголок в этом мрачно-сладком трагическом сюжете, где любовь становится единственным светом среди бездны зависти и ревности.
— Да, Марсель, давай уже, выкладывай, что там по тебе, — Чижов, как завелось по традиции, делится со всеми куриными котлетами, которые исправно таскает из дома. Его матушка в санатории работает поваром. У них всегда этого добра горой.
— Дело завели?
Закидываемся хавчиком.
— Нет, — мои губы медленно растягиваются в улыбке.
— Да ну на! Это че за мэджик?[6]
— Дед прилетел из Москвы позавчера, — делаю многозначительную паузу, — и уже почти разрулил ситуацию.
— Красава!
— Класс! Игорь Владимирович — мой кумир.
— Нам по Иглишу дали задание — выбрать человека-персону и написать его биографию. Сорян, Марсель, но, по ходу, я заменю тебя на твоего деда.
— Да без Б.
— Вы от темы-то не отвлекайтесь. Как удалось замять дело?
— Систер за семейным ужином разревелась и обо всём разболтала.
— Обо всём — это о чём? Макс сказал, ты выцепил Рассоева по личным причинам. С Миланой как-то связано? — хмурится Горький.
— Он отсталый, не в курсах.
— Сам ты отсталый, Дэн, — толкает Свободного локтем.
— Рассоев позвал её на свидание, — рассказываю я ему. — Эта дурочка пошла. Ещё и в машину к нему села!
— У матери тачку взял?
— Да.
— Глупая. На фига она вообще с ним связалась?
— Риторический вопрос.
— Короче, в кино-кафе сходили, а потом он её на пляж отвёз. Тот самый.
— У него одна на всех рабочая схема, — фыркает Дэн.
— Приставал?
Горький минуту назад советовал пацанам притушиться, а у самого сейчас глаза таким адским гневом полыхают…"
"Все мои пацаны к Миланке как к сестре относятся, но у него с ней всегда был какой-то свой особый вайб[7]. Раньше, когда тесно дружили и близко общались.
— Да, руки распускал, ублюдина. На шутку всё потом перевести пытался. Мол, не собирался пугать её. Инстинкты. Мозг отключился и всё такое.
— Мразота. Как ты узнал? — его брови сходятся на переносице.
— Она пришла домой в слезах. Тряслась, дрожала. На платье была оторвана пуговица. Я сразу понял и почувствовал: что-то не так.
Паша матерится, бледнеет и рассеянно проводит рукой по волосам.
— Мои ходили к Рассоевым. Выписали нашего пострадавшего. Дома теперь отлёживается.
— И чё там было?
— Файер-шоу. Дед сказал, что отца конкретно накрыло, когда он Олега увидел. Еле сдержался, чтобы не удавить.
— Ну, его можно понять, — хмыкает Денис.
— В общем, батя словесно опустил его и предупредил, что самолично подпишет ему смертный приговор, если тот ещё раз рискнёт подойти к Милане.
— Ян Игоревич, респектую.
