Автор
В Запрет на студентку Рус Романов рассказывает историю о студентке, решившейся бросить вызов всему университетскому сообществу и его закрытым кругам. Параллельно с ее уроками жизни в кольце скрытой политики и обидных отношений, читатель погружается в мрачную атмосферу поднадежд и надежды. Каждое шага студентки открывает новые слои секретов, которые она решает раскрыть до того, как слишком поздно....
Это представители бизнеса, с которыми мы частенько
пересекаемся в более неформальной обстановке. Обычно от этой
обстановки тянет шашлыками на даче Калинкина, и наше с Марго
появление в качестве “пары” здесь никого не удивляет.
Не дожидаясь команд, она просит официанта налить ей шампанского, принимаясь заниматься тем, что у нее получается превосходно —
контактировать с людьми.
Проверяю телефон, на котором, к моему удивлению, нет ответа от Любы.
Хмурюсь, посмотрев на часы.
Пятнадцать минут без ответа, хотя мое сообщение прочитано.
Такое у нас впервые.
Сидящая рядом Марго переходит ко второму бокалу, приканчивая его
залпом.
“На тебя напал Фредди Крюгер?” , — отправляю, откидываясь на стуле.
Ситуация становится значительно критичнее, когда через бокал Марго
проходит целая бутылка, а на свои вопросы я так и не получаю ответа.
Это гребаный час.
Возможно, в этом нет нифига катастрофического, но это дико подстегивает
к тому, чтобы Любу набрать.
Решаю сделать это, но творящаяся вокруг свистопляска ведущих в
компании пляшущего цыганского табора блокирует выход из ресторана.
Полчаса спустя все-таки удается выйти в холл, но на мой звонок она не
отвечает.
— Какого хрена? — бормочу, глядя на дисплей и проходясь ладонью по
волосам.
Я не хочу быть психом, поэтому решаю вернуться в зал до того, как наеду
на свою любимую женщину за то, что, твою мать, не берет от меня трубку…
Глава 48. Романов
“Я должен начать волноваться?” , — пишу, чувствуя прилив то ли злости, то ли раздражения, то ли реального беспокойства.
Стуча телефоном по столу, пытаюсь вникнуть в суть происходящего вокруг, но это выходит плохо, учитывая то, что за прошедшие тридцать минут мой
телефон так и не ожил. Откинув любые попытки участвовать в разговоре, который прекрасно вертится вокруг без какой-либо моей помощи, проверяю, прочитано ли мое сообщение.
Оно прочитано, и, плюнув на все, долблю пальцем по дисплею:
“Люба?”
— Санечка… — на мои плечи вдруг падают чужие руки.
К уху прижимаются губы, окутывая знакомым ароматом.
— Ты скучный такой, Романов! — пытается перекричать музыку Марго. —
Потанцуй со мной!
Вцепившись в мой локоть, тянет вверх, и вынужденно подчиняюсь, потому
что еще не докатился до того, чтобы женщине приходилось умолять меня с
собой потанцевать. Положив в карман телефон, позволяю ее ладони
приземлиться на свое плечо, сжав вторую ее ладонь в своей.
