Автор
В темной комнате за окровавленным парнем скрывается странный взрослый ребенок, чьи черные крылья подсвечивают его лицо в фальшивом свете. Девушка замерла, наблюдая как охотник направляет пистолет на нее, чувствуя непреодолимое желание спрятаться среди коробков на краю крыши, но слишком поздно....
Похоже, «Запрети любить (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И судя по тому, что он знал, где они стоят, а также где находятся кофе и сахар или каким полотенцем стоит вытирать руки, я вдруг поняла — он в квартире не первый раз. Просто раньше я его не встречала.
— Почему вы… То есть, ты, так решил? — спросила я.
— Почти незнакомый мужик стоит в твоей кухне и варит кофе, — усмехнулся Костя. — Понимаю, тебе непривычно. К тому же Лена рассказывала про твоего отца, который был настоящим выродком. Ты не думай, что я такой же животное, Яра. У меня характер, может быть, и не сахар, но я никогда не позволял себе поднять руку на женщину.
— Я не знаю, что вам сказать, — призналась я. — Пока все еще перевариваю происходящее. А когда вы хотите сделать свадьбу? Или просто распишетесь?
— В июле, с датой еще решаем — у меня есть возможность выбрать любую, — с улыбкой сказал Костя. — Вы с Игнатом как раз сдадите экзамены, будете свободны. И полетим все вместе в Испанию. Я вчера вас хотел порадовать. Но мой засранец вычудил.
В июле? Так скоро…
— Ты не обращай внимания на него, — продолжал Костя. — Игнат, в сущности, неплохой парень. Только избалованный до крайности. Мать всегда слишком много ему позволяла. А я, наоборот, запрещал. Алина была хорошим полицейским, а я плохим. Ну и покрывала она его постоянно. Пьяным придет — покроет. Дел в школе натворит, подерется — покроет. Как-то на спор с пацанами в бутике каком-то утащил шмоток на штуку баксов, а его поймали. И тогда покрыла, но я все равно узнал и на домашний арест посадил.
В его голосе послышалась теплота. Видимо, сына он все же любил. Однако почти тут же Костя посерьезнел:
— А за вчерашнее он у меня уже получил. Жду, когда с извинениями придет. Торт-то вкусный, Яра?
— Вкусный, — кивнула я. Нежный бисквит и крем буквально таяли на губах. А в голове вновь пронеслись слова, которые Игнат говорил обо мне и моей маме. Мне было совершенно ясно — ко мне он с извинениями не придет. Да и не нужно мне этих извинений.
Костя сел ко мне за стол, пил кофе, разговаривал о разном, и в какой-то момент я поймала себя на мысли, что уже не ощущаю его таким чужаком, как в первые минуты. Несмотря на суровую внешность, он умел располагать к себе.
Мама появилась на кухне лишь полчаса спустя, когда кофе остыл, и Костя начал варить его заново. Она, конечно, смутилась, увидев меня, но, поняв, что мы с Костей нашли общий язык, кажется, выдохнула.
