Автор
В душном кабинете хирурга я становлюсь свидетелем невероятного разговора между врачами. "Смирится с инвалидностью?" — вопль отчаяния: все внутри горит злостью и болью. Почему именно со мной такое?! Крики захочется сломить всё это несправедливое зло.
Как могут самые близкие и родные не замечать моих переживаний? Почему они считают, что лучше знают, что мне нужно? – Я с первой встречи любила Мишу, ты просто ничего не замечал!
– Прекращай доводить сестру! Ты не видишь, что она плачет? – Миша хочет подойти ко мне, но Егор не собирается отступать в сторону, загородил меня своей широкой спиной."
"– Я тебе уже сказал, чтобы ты исчез и больше никогда не приближался к Маше, – в этот момент абсолютно неожиданно Миша бьет Егора в лицо. Освобождает себе дорогу. Брат падает, а Тигр переступает через Егора.
– Ты чего, Пуговка? А ну прекращай разводить сырость! – не оглядываясь на Егора, Миша кутает меня в свои объятия. – Это был выброс мужских гормонов, я же просил оставаться в спальне, – вроде ругает, но при этом успокаивает и поглаживает по спине, словно ребенка. А мне страшно, что брат ударит со спины. Хотя это было бы непохоже на Егора, но мне уже кажется, что я не знаю брата.
– Егор, если ты не примешь наши отношения, вы меня больше никогда не увидите, – конечно, в моих словах много пафоса из-за раздирающей меня обиды, я просто хочу показать, что уже взрослая и сама могу решать, как мне жить, но на лицах мужчин застывает испуганная маска.
– Ты что такое говоришь?! – встряхивает меня ощутимо Миша. Его ярость пугает, но только до тех пор, пока я не понимаю, что мои слова интерпретировали неправильно. Я имела в виду, что они с папой меня никогда не увидят, я сбегу к Мише, но они трактовали по-своему.
– Маша! – тут же подключается Егор. – Еще раз услышу подобную глупость…
– Если с ее головы упадет хоть волос, я из тебя и твоего отца-бандита душу вытрясу! – орет Тигр на Егора. Наверное, забыл, что Лютый и мой отец. – Можешь со мной и дальше воевать, но Машу я не позволю вам обижать!
– Ты в своем уме? Когда я ее обижал? – кипятится брат. Для того, чтобы они перестали друг другу морды бить, нужно было лишь неправильно составить предложение.
– Наверное, когда мог жить так, как хотел, в то время как Машу держал взаперти. Ты далеко ушел от своего отца? За Машу решаешь, с кем ей встречаться, кого ей любить. К себе такие же требования предъявляешь?
– Ты был моим другом! Ты не имел права…
– Кто сказал, что не имел права ее полюбить? Это не по желанию происходит, Лютый!
– Не называй меня так! – они вновь принимаются орать друг на друга, еще одно неосторожное слово – и в ход пойдут кулаки.
