Автор
История любви и предательства. Он преследовал её до тех пор, пока она не ответила взаимностью. Но когда обстоятельства встали на пути их чувств, она не нашла в себе силы бороться. Теперь его любовь превратилась в ненависть, а их страсть грозит разрушить всё вокруг.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Запретная. Не остановить»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
История любви и предательства. Он преследовал её до тех пор, пока она не ответила взаимностью. Но когда обстоятельства встали на пути их чувств, она не нашла в себе силы бороться. Теперь его любовь превратилась в ненависть, а их страсть грозит разрушить всё вокруг.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История любви и предательства. Он преследовал её до тех пор, пока она не ответила взаимностью. Но когда обстоятельства встали на пути их чувств, она не нашла в себе силы бороться. Теперь его любовь превратилась в ненависть, а их страсть грозит разрушить всё вокруг.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Блядь… Подожди…"
"А потом начинает, словно ненормальный гладить и тереться лицом о мое лицо.
— Гордей…, - бормочу я.
От его неожиданной нежности меня прорывает и слезы, словно только и ждали подходящего момента, катятся градом, увлажняя мои щеки.
— Блядь, ты не вовремя, я снова пьяный…
Но держит. Держит, держит, держит.
— Гордей…
— Пьяный. Это плохо… Это жесть, как палевно…
— Гордей, Гордей…
— Эй, ты плачешь? Бельчонок, Арин…
— Извини, просто я… просто…
Не могу говорить, не в силах, не получается.
Когда он такой податливый, такой отзывчивый, нежный и заинтересованный.
— Шшш. Не плачь, не надо. Иди ко мне…, - хрипло произносит он.
Его руки гладят и обнимают, губы нежно проходятся по моим скулам, лбу, вискам и глазам, закрытым и особо чувствительным от переизбытка эмоций.
Вцепляюсь в его плечи и льну, и обнимаю. И позволяю ему гладить себя и тоже крепко, до боли крепко стискивать и прижимать, притискивать и обнимать.
Меня сотрясает дрожь, а он целует дорожки моих слез и снова шепчет приятное, нежное и успокаивающее.
— Арина… Мой Бельчонок… Моя красивая чувствительная, нежная девочка…
Вжимаюсь в него, тянусь и растворяюсь, и вбираю.
А когда чувствую на своих губах еле ощутимое, почти невесомое дыхание его губ со слабо ощутимым привкусом алкоголя, я подаюсь и раскрываюсь для него.
Его губы едва касаются моих, а я уже горю, захлебываюсь от желания, и утопаю. Его язык скользит по самой кромке моих губ, дотрагивается до зубов, медленно, словно заново распробовая меня на вкус. И я трепещу, изнывая, замирая. Боюсь одним неверным движением спугнуть его или оттолкнуть.
— Черт…, - шепчет Гордей. — Ты даже не представляешь, чего мне стоит…
И снова его губы легонько накрывают мои.
А потом… Потом, наконец, они целуют. И от осознания этого я будто отрываюсь от земли.
Он целует неспешно.
Медленно, поверхностно и трепетно. Невесомо, невыразимо приятно и волнующе. Так обжигающе, и так опьяняюще нежно. Горячо.
— Ты… когда ты рядом, со мной происходит что-то… Мотает от твоей близости всего… Устал… не представляешь, как я устал… Хочется послать все к херам, и…
Его глаза находят мои, и я пытаюсь рассмотреть. Уловить любой оттенок, который покажет, что он неравнодушен, что все же что-то еще испытывает.
— И…
— И целовать тебя до одурения. Ведь дело совсем не в сексе… не только в нем. Это, блин… Нельзя, запрет. Но, ты… прямо под кожей… в крови, я не знаю… Буду целовать сейчас…
Пальцем он оттягивает мою нижнюю губу, а потом прикусывает.
Отстраняется.
Трется щекой о мою щеку. Сгораем так несколько секунд, и вот он снова возвращается к губам.
И снова медленно, поверхностно и так, просто до слез, как нежно и аккуратно, снова меня целует.
