Подставляю к ее складочкам член и начинаю водить по ним головкой, не вдалбливаясь сразу, чтобы снова немного ее успокоить.
— Я медленно, окей? Если станет некомфортно, ты мне скажешь, и я сразу прекращу.
Дожидаюсь, когда слабо кивнет и начинаю осторожно в нее входить. Наконец-то, блядь, снова входить в нее.
Прекрасно отдавая себе отчет, что так хорошо, так охуенно кайфово мне сейчас только потому, что это она, моя бесячая скромница Бельчонок.
***— Гордей, — стонет Арина, когда я медленно ввожу в нее на всю длину, растягивая, загоняя по самые яйца.
Замираю и даю немного привыкнуть.
Меня же в этот момент… От одного только факта обладания ею, всего коротит и пронизывает насквозь высокомощным электрическим разрядом.
— Не больно? — спрашиваю я, поглаживая ее ягодицы.
— Нет…
— Хорошо."
"Толкаюсь, возбуждаясь сильнее от созерцания ее оттопыренной попки и раздвинутых передо мной ножек.
Собираю ее волосы в хвост и перекидываю его на одно из плеч, провожу ладонями по ее выгнутой обнаженной спине.
Понимаю, что нестерпимо хочу ее целовать.
Во всем этом сверхчувствительном коктейле, намешанном из боли, тоски и похоти, мне недостает ее лица, губ и глаз.
Ее выразительных бездонных глаз, направленных прямо на меня.
— Гордей, я бы хотела… если можно… лучше… к тебе лицом…
— Ни к чему.
А сам, блядь, тоже, пиздец, как этого хочу.
Придурок.
Выеби уже и успокойся. А потом проводи ее до номера, вернись и тупо завались спать, вторые сутки ты уже без сна из-за нее.
Но отчего-то успокоиться и просто тупо ебать я все никак не могу.
Тянусь за подушкой и, продолжая находиться в ней, подсовываю ту на манер валика под нижнюю часть ее живота. Так ей легче будет расслабиться окончательно.
Снова надавливаю на спину, заставляя облокотиться, практически плашмя распластаться на постели.
Наваливаюсь сверху и накрываю ее собой, частично удерживая вес на руках.
Трусь носом о ее позвонки, покрываю поцелуями лопатки. И продолжаю. То неторопливо, то слегка ускоряясь, вбиваюсь и двигаюсь в ней.
— Аринка, блядь… как же мне хорошо с тобой, как же я тебя…, - бормочу я в надежде, что она не разберет, не услышит, не поймет…
Утыкаюсь в волосы, вбираю в себя ее аромат и беру, снова ее беру, вдалбливаясь в нее и подчиняя.
Она стонет, уже не сдерживаясь, и тогда я проскальзываю рукой между нашими телами и надавливаю на горошину клитора.
Ее тело реагирует мгновенно и сжимается в долгих конвульсиях ее сладкого, пьянящего оргазма.
Я кончаю почти сразу за ней, вытащив в последний момент и слегка пачкая спермой ее попу и поясницу.
Снова ложусь на нее. Прячу лицо, зарываясь носом в ее волосы и рычу, вбираю, дышу.
Мы дышим вместе, и я позволяю себе насладиться ее близостью на несколько коротких, но таких до зарезу необходимых мне мгновений.