Автор
Надежда бросается от здания к нему, чувствуя, как ее рваные мускулы напрягаются в предвкушении неведомой опасности. Кровь пульсирует через ее жилы, создавая ощущение бесконечной боли и нестерпимой надежды на спасение. Она сжимает кулаки, зная, что каждое движение может стать последним, перед тем как она переступит порог этого страшного дома....
— Значит, это не великая любовь, не знающая границ, — усмехается, закатывая глаза. И мне снова стыдно. — Тебе вот настолько нужны деньги? — прищуривается.
— При чём здесь деньги?
— Ну а зачем ты тогда с ним? У вас разница в возрасте лет двадцать? Не по любви, тогда ради денег. Есть еще варианты? — усмехается, но как-то просто, без язвительности.
— Есть еще варианты… — выдыхаю я и поднимаюсь с места. Правду я рассказать не могу. Уж лучше пусть думает, что я охотница за богатыми мужиками, чем считает меня убийцей.
"— Да ладно, не обижайся. Лев вряд ли сегодня придет домой, можешь спокойно гулять по дому. Киваю и все равно ухожу в комнату. Неловко. Я ощущаю себя инородной в этом доме.
Весь оставшийся день провожу в комнате. И последующий день тоже. Я словно заключённая по собственной воле. Могу выйти и делать все, что хочу, но не считаю, что вправе это делать. Галина шепнула, что Олег ночевал дома, но поздно приехал и рано уехал. Чему я в принципе рада. Первый секс дает мужчине право на постоянный доступ к телу.
Брожу по дому, словно по музею. На втором этаже комната Лизы, Олега, моя и гостевые. Естественно, я не сую нос в чужие спальни, а просто прохожусь по коридору и смотрю в панорамное окно в своеобразном холле возле лестницы.
— Нравится софа? Вздрагиваю от неожиданного голоса Литвина.
— Нет, просто не понимаю её предназначение, — пожимаю плечами. — Или это просто для красоты?
— Нет, она функциональна. Я покажу, для чего она, немного позже, — и голос мне его тоже не нравится, он становится низким и хриплым. — Как дела? — интересуется Олег.
