Зато, сотрясаясь от гнева, заговорила Клара Сергеевна:
- И что же, позволь узнать, заставило тебя думать, будто мы с отцом станем терпеть нечто подобное?
- А я не думал. Я так решил!
- И ты наивно полагаешь...
- Да! Плагаю!
- Немедленно прекрати этот цирк, Эдгар! – воскликнула в сердцах женщина. – Сейчас же ступай, и хорошенько вымой руки.
- Ты серьезно?
- Более чем!
- Указывать мне вздумала?
- Кто-то должен был это сделать, в конце-то концов! Ты слишком много на себя берешь!
- По тонкому льду ходишь, Клара! – предупреждающе оскалился Варин брат.
- Настоятельно рекомендую тебе, следить за своим языком!
- Что ты сказал?
- О! Я повторю: капитально фильтруй все то, что вылетает из твоего...раскрытого рта. Особенно, в мой адрес.
- Или что?
Голос Эдгара приобрел металлический оттенок, когда он процедил сквозь зубы:
- С землей сровняю. Лишь повод дай!
Неистовый ужас мелькнул в ее взгляде.
Тяжело дыша, его мать запыхтела, обращаясь к мужу:
- Володя, ты видишь, что творится?
- Вижу!
- Ну, так сделай же что-нибудь!
- Для начала, милая, закрой рот.
Не провоцируй сына.
Глава №40
«Теперь здоровые волосы – моя гордость» - хвалилась неестественно шелковистой шевелюрой очередная красотка из популярной рекламы чудодейственного шампуня.
Тяжело вздохнув, Катерина выключила телевизор, и завалилась на кровать, прямо поверх покрывала. А всего секунду спустя, подобралась калачиком, притягивая колени к груди. Подавить чувство всепоглощающего одиночества, внезапно нахлынувшее после отъезда Вари, зомби-ящик не помогал.
Напротив, как оказалось.
Фоновый шум сильно раздражал.
Мешал сосредоточиться. Мешал думать.
А поразмыслить было над чем.
Званый ужин Паслеров завершился не самым лучшим образом.
И это еще мягко сказано!
После перепалки со старшим сыном, Клара Сергеевна оказалась на грани нервного срыва. Не сумев заручиться поддержкой мужа, оскорбленная хозяйка пулей выскочила из-за стола, забыв даже отодвинуть в сторону свой стул, который чудом избежал падения.
Эдгар же…со свойственной ему невозмутимостью, неторопливо вытер ладони тряпичной салфеткой, и, буркнув себе под нос нечто нечленораздельное, отправился следом за матерью. Очевидно, чтобы продолжить общение наедине. Естественно, Владимир Анатольевич поспешил взять ситуацию под свой контроль.
А именно, извинился перед гостями и попросил всех немедленно удалиться.
Катю упрашивать не пришлось.
Чувствуя неимоверное облегчение, она покинула застолье одной из первых.
