Возбуждение достигло своего пика, когда Эдгар прохрипел:
- Шире раздвигай! Мой член потолще будет!
Всхлипнув, то ли от стыда, то ли от невероятной похоти, захлестнувшей сознание, Катерина максимально растопырила в стороны свои дрожащие пальцы.
- Ну, как? Болит?
Оставив в покое горячую пульсирующую плоть, тихо шепнула:
- Нет! Так…слегка пощипывает.
- Ясно. Руку покажи!
- Какую? – растерялась, невинно хлопая глазами.
- Ту самую, - уточнил с нажимом, - которой трогала себя!
Без задней мысли, девушка продемонстрировала свою ладонь, мокрую и блестящую от ее возбуждения.
Мужчина уронил голову на грудь и крепко зажмурился.
- Знаешь, от чего мне сейчас особенно рвет крышу?
- Нет…
Распахнув веки, Паслер припечатал ее тяжелым взглядом:
- Знание! Уверенность в том, что ты дуреешь от меня, так же сильно…как и я от тебя!
Не дав опомниться и переварить услышанное затуманенным мозгом, он набросился на нее, словно обезумевший психопат. Прямо, в чем был. В обуви. В одежде.
Причем, в верхней тоже – распахнутое пальто снять не успел.
Сдавленно охнув, она уступила его напору, полностью растворяясь в дурманящих поцелуях. Ее губы Эдгар терзал с особым пристрастием. Покусывал, посасывал. Вгрызался. Опомнившись, слегка проводил языком по пострадавшим местам, и начинал все снова. А Катя…Катя, похоже, официально сошла с ума!
Хныкая от нетерпения, притягивала мужчину к себе, впиваясь коготками в мягкий кашемир, из которого было изготовлено это самое пальто.
Вот так. Ближе и ближе.
Повинуясь инстинктам, призывно терлась бедрами о каменный бугор, красующийся у него между ног.
Будучи не в силах более сдерживаться, Паслер вжикнул молнией, выпуская наружу свою упругую эрекцию, прямо сквозь ширинку. Не снимая брюк.
Видимо, так сильно торопился оказаться внутри нее, что не желал тратить драгоценные секунды на раздевание. Впрочем, в этом плане Катя его поддерживала.
Желание уже причиняло боль. Требовалось вторжение. Грубое и беспощадное.
А потому, она с готовностью подчинилась, когда мужчина, резко развернув, стремительно впечатал ее грудью в кафельную стену.
Стиснув девичью талию, потребовал прогнуться в пояснице, подставляя свою сочащуюся плоть под его таран.
Ягодицы обожгло огнем от соприкосновения с сильной мужской ладонью.
Шлепок повторился. Катя прикусила губу, чтобы не застонать вслух.
- Чтоб мне сдохнуть! – услышала бессвязный шепот Эдгара. – Охер*нная задница!
- О-х-х-х…
А после она взвыла от восторга. Примитивного. Животного.
