В заповеднике Такагама Чимпанзи, где лодочная станция мерцала в первозданном сумраке рассвета, было ясно что-то важное. Вадик, раненный в сражении, не мог скрыть свое изумление от Джерри, который оказался на пассажирском месте катера. Атмосфера здесь была напряженной и острой, как игла....
Вот ради этого я столько народа подставил? Вадик что-то прошамкал в рацию, напомнив о себе. Ладно, ради него тоже, и ради остальных выживших в лагере. Но цена мне что-то не нравилась.
— Андрей! Ты там? Гофорю, подобрать тебя на «пиранье»? МакФерфи думает догнать Фоломона, фтобы уфе больфе не леф к нам.
— Подожди, думаю, — я выглянул в окно бытовки, не успевая считать людей, несущихся к причалу, этак они все лодки разберут, — Передай пока МакФерси, что здесь прорыв мертвячей орды.
Я подскочил к Чике и встряхнул ее, пытаясь поймать взгляд.
— Просыпайся, дура! Чика! — я зарядил ей пару резких, но не сильных, оплеух, еще потряс, пытаясь подобрать нужные слова на английском, но в голову лезла только какая-то мемная фигня. — Очнись, мать твою! Иди сюда, ты жопа, дерьмо собачье! Засранка обдолбанная, мать твою!
Чика застонала, начала что-то мямлить, пуская слюни, тянуть какую-то ересь про то, что не употребляла, только тестировала. Потом врать, что случайно надышалась.
— Все хорошо, хорошо, — я решил сменить тактику, — Я не расскажу, не выдам тебя. Но и ты должна мне помочь, скажи мне куда Гульдберг дел алмаз?
— Ммэ, нее, аммм…
— Ну, давай, девочка, соберись.
— Я хотела колечко или хотя бы сережки, — всхлипнула девушка, а потом резко изменилась в лице и захохотала, — А этот жлоб сказал, что потерял его.
Раздался взрыв и над соседним зданием в небо взметнулся столб огня. Заверещали женщины на улице, а зомби за оградой будто с цепи сорвались. С удвоенной силой стали ломиться на забор, опасно накренив сразу два столба метрах в пятидесяти от меня. Туда сразу же газанула одна из техничек, вот только непонятно было, на что они надеются.
Шаркуны отхлынули, а потом набросились с удвоенной силой, легко перелезая бетонное основание по трупам. Сетка прогнулась почти на девяносто градусов, один столб вырвало из опоры, и на асфальт с нашей стороны, как пельмени из перевернутого дуршлага, посыпались шаркуны. А за ними уже лезли остальные.
Техничку будто волной накрыло.
