Женщина дышала тяжело, бежала по коридорам с зеленым светом, озираясь и натыкаясь на закрытые двери. Она ускользнула от журналистов и выбралась в лабораторный комплекс, где ключ-карта для неё стала неожиданным ресурсом для проникновения.
Но сейчас в свете заходящего солнца, зная, куда смотреть, разглядел не только чернокожего мужчину с биноклем, но и белые татуировки на обнаженных руках и бритом затылке. А вот меня он не видел, увлеченно, наблюдая за лагерем «глобалов».
Глава 22
Мартышка сдала меня с той же легкостью и непринужденностью, как и предупредила. Пискнула, крякнула и побежала к дереву, на котором сидел неожиданный разведчик. Парень, а на вид ему было не больше двадцати, обернулся и, завидя меня, соскочил с дерева. Бесшумно, по-кошачьи плавно и быстро, я и моргнуть-то не успел, а он уже стоял передо мной.
"Руки подняты, ладони раскрыты и повернуты в мою сторону, на татуированном лице застыла улыбка. Одет, как и все предыдущие, кого я встречал из этой тусовки, просто — холщовая безрукавка и свободные штаны, на руках фенечки и кожаные браслеты, болтается несколько колокольчиков, но сейчас перевязаны лоскутками. Единственное отличие, не считая форм и видов татуировок, в обуви. На босу ногу парень надел классические и довольно новые «Конверсы».
— Мы с тобой одной крови — ты и я! — я не стал заморачиваться, тоже поднял руки в знак добрых намерений и поприветствовал его по-русски цитатой из детства. Если и этот молчун или немой, то какая разница.
Но он ответил. Кивнул и, сильно коверкая английские слова, выдал фразу, поставившую меня в тупик.
— Надо идти на север, — парень показал рукой вглубь джунглей, повернулся и пошел туда же. Увидел, что я не иду, остановился и поманил меня рукой, — Гоу, гоу, френд.
— Окей, мы принимаем бой, — я посмотрел, куда делась мартышка, надо будет имя ей дать, а потом, если увяжется, Катьке подарю, она всегда щенка хотела.
Шли мы быстро, хотя сначала в сгущающихся сумерках никак не мог заставить себя расслабиться.
