Женщина дышала тяжело, бежала по коридорам с зеленым светом, озираясь и натыкаясь на закрытые двери. Она ускользнула от журналистов и выбралась в лабораторный комплекс, где ключ-карта для неё стала неожиданным ресурсом для проникновения.
Я добавил, выцеливая черный ящик, по сути, больше то и не в кого было стрелять, Джерри положил всех.
Заработала рация, сначала испуганным голосом Валькирии, мол какого хрена пропали и не отвечаем. Отчиталась, что справа все чисто, переключается на дорогу, откуда послышались звуки пулемета Каланчи.
Потом в рации наконец зазвучал уставший, но радостный голос Бати. А еще через пару минут из трубы выбежал Вадик, за ним Саня, поддерживая раненого Леонидыча, и два мчсника с набитыми рюкзаками за спиной.
Глава 24
— Прием, прием! — закричал в рацию Каланча, — Тут подкрепление, обходят нас слева.
— Вижу, уже работаю, — ответила Валькирия, — Заберите нас потом, тут ходаки проснулись, блокируют выход.
— Батья, идите к истоку, мы прикрываем, — скомандовал Джерри, а я поймал себя на мысли, как же странно звучит наше родное «Батя» с английским акцентом."
"Чуть-чуть отстал, следя, чтобы никто не вышел в спину спасателям, а я уже бежал к нашему фургону, отстреливая зомби, проснувшихся от шума. Мертвяки, пересиживающие солнце в лачугах, кричали, мялись в дверях или тянули руки через окна, не рискуя выбираться на солнце.
Шаркуны изменились — как туристы в конце солнечного отпуска в горах, подтянулись и зарумянились. Сбросили лишний жирок, подсушились. И без того черная кожа, стала напоминать сушеные бананы. У многих отсутствовали носы, веки и губы — будто паразит или природа отбрасывали лишнее и ненужное. Рваные раны, полученные в момент заражения, выглядели если не затянутыми, то подвяленными с ровными плотными краями.
Как ни экономил патроны, все равно, к моменту, когда выбрался на крышу рядом с фургоном, в разгрузке было уже два пустых магазина. Прячась за небольшим парапетом, заряжался и, выглядывая, оценивал ситуацию.
Засек колонну вражеских машин. Техничка и два джипа, застопорились на краю застройки. Несколько вооруженных негров пряталось за дымящейся «техничкой» от выстрелов Вальки. Мертвый пулеметчик в кузове осел на пол, будто подустал, и на дороге еще два тела.
Увидел мчсников в переулке возле полуразрушенного кафе, а внутри, за разбитой витриной, какие-то тени — два прыгуна. Это уже хуже, Валька их не достанет, для Каланчи тоже мертвая зона. А спасатели туда не смотрят, и выскочат прямо в голодные и прожорливые объятия.
