Женщина дышала тяжело, бежала по коридорам с зеленым светом, озираясь и натыкаясь на закрытые двери. Она ускользнула от журналистов и выбралась в лабораторный комплекс, где ключ-карта для неё стала неожиданным ресурсом для проникновения.
И вот район, где совсем недавно открыли российское консульство, меня интересовал очень сильно. Новый бизнес-центр Фритауна с расположенным там главным офисом местного отделения «Глобал корп» — был одной из моих целей.
Леха привел нас к грузовому контейнеру с надписью «Конфискат». Замка не было, но запорный механизм опечатали. Уверенно, будто не в первый раз, Леха подцепил пломбу, со скрипом открыл контейнер и, подсвечивая фонариком, пропустил меня внутрь.
— Эхо обезьяньих войн, экзотику только не бери, фиг патроны потом найдешь, — он водил фонариком, высвечивая сваленное в кучу оружие, а когда увидел, что я рассматриваю ППШ, перевел луч света на кучу сваленных пистолетов.
Из того, что было в контейнере, можно было музейную композицию устраивать. Не одной войны тут эхо отозвалось. В куче «Мосинок» проглядывались «Маузеры» и «Винчестеры», нашлась парочка французских «Лебелей» и даже один совсем уж экзотический мушкет. Рядом нависала еще большая куча с автоматами.
— С чего такая щедрость-то?
— Я «Соколов ТВ» уже несколько лет смотрю, считай фанат ваш, — Леха улыбнулся. — Да и не солить же их, мы все равно свалим, а вам может пригодится.
— Спасибо, от души, — я искренне поблагодарил Леху. — А откуда это все?
— Так говорил же, мы первые дни как раз на разоружение местного бандитского контингента работали, — переступая через свалку и матерясь, Леха пробрался вглубь. — Ладно, сам тебе выберу, а то говна тут полно ломанного.
Вернулся он через несколько минут и протянул свернутый полиэтиленовый пакет. По ощущениям тянуло килограмма на полтора-два, прощупывался пистолет, несколько небольших магазинов и две пачки патронов.
— Китайский что-ли? — разочарование не удалось скрыть. — Может, хотя бы югославский есть, а?
— Вот ты охуевший, ценитель, бля.
