Женщина дышала тяжело, бежала по коридорам с зеленым светом, озираясь и натыкаясь на закрытые двери. Она ускользнула от журналистов и выбралась в лабораторный комплекс, где ключ-карта для неё стала неожиданным ресурсом для проникновения.
А иначе дальше паралич, потеря личности и извращенный аппетит."
"Но еще раз повторюсь, что происходит в других районах страны, да, даже города, просто страшно предположить. Больницы практически отсутствуют, а с верованиями местного населения и любовью к лечению посредством колдунов и магии, я даже боюсь предположить, что нас ждет. Так что я полностью поддерживаю решение закрыть страну на карантин».
— Че там чешет этот умник в костюме гандона? — пришел Мирный и протянул мне бутылку пива. — Пей, пока Платон не видит, он там в штабе с импортным профессором.
— Говорят, эпидемия новая в Сьерра-Леоне.
— А Катька туда же поехала? — Мирный мечтательно улыбнулся. — Вот не была б твоей сестрой, давно бы подкатил.
— Ага, только ты не ту мышцу качал, подкатилка-то не выросла. — Я пытался шутить, чтобы снять напряжение, но выходило плохо. Херово, когда младшая сестра в стране, где начинается жопа. — Не, ну она там не одна же. Их там целая делегация поехала, организуют эвакуацию-то.
Вроде, как бы, рано еще волноваться. Столько ковидных страхов, да ограничений пережили, Катька в первую волну в Италии почти месяц просидела, выехать не могла. Но я понимал, что говорю это все не Мирному, а себе, чтобы сбить накатившуюся тревожность.
В бар вошла Ксюха, держа подмышкой ноутбук, с которым никогда не расставалась, и, высмотрев меня с Мирным, двинулась к нам. По пути огрызаясь на стандартную порцию комплиментов.
— Андрей, — не дав ни мне, ни Мирному ничего сказать, сразу начала Ксюша, и протянула мне смартфон. — Это важно. Ты в штабе телефон оставил, а он орет дурниной, там уже десятки пропущенных вызовов.
Я похолодел. Глядя на свой старый простенький «редми», который я использовал только для гражданской жизни, и куда звонить могли только родители да сестра.
Бляяяять. Дрожащими руками я выхватил телефон, пролистал уведомления о пропущенных. Два первых от сестры, остальные от отца. Что-то было и на автоответчике. Я набрал номер оператора, чтобы прослушать сообщения и зажмурился.
«Братик, мне страшно. Я кажется, нашла что-то очень опасное, я не знаю, как выбраться…» — голос сестры, дерганный, будто говорит на бегу.
