В зале убийцы. Воздух тяжелый и неподвижный как камень, глаза невидящие — стены выложены темно-забытыми плитами, мебели нет ни признаков. Дикое напряжение заставляет дышать коротко, а голос рукастого киллера в ушах словно гул молнии: "Делайте как я говорю". Атмосфера пустыни и мрака, где каждый шепот может быть последним признаком жизни....
Далее я собираюсь подробней посвятить вас в суть рассматриваемого дела, а также представить вам свидетеля-эксперта, который расскажет, как мистер Волчек заказал убийство Марио Геральдо.
Я совершенно не представлял, что за эксперта Мириам имела в виду, но возникло чувство, что именно он и окажется открывающим процесс свидетелем – тем самым козырем, которым она замыслила с ходу прихлопнуть залог Волчека.
– И, что крайне немаловажно, – еще одним экспертом по этому делу выступит тот самый человек, который и спустил курок.
"Для пущего эффекта Мириам сделала довольно продолжительную паузу, так что я успел проглядеть то, что только что записал. Перечитал фразу «этот человек находится под смертельной угрозой». И подчеркнул. Дважды.
Глава 8
Где-то еще с час Мириам разглагольствовала о бремени доказательства. Втолковывала присяжным, что им следует определить виновность Волчека «вне всяких разумных сомнений».
– Дамы и господа присяжные, со стороны обвинения первым даст свидетельские показания доктор Ирвин Голдштейн, выдающийся эксперт-криминалист в области экспертизы документов. Это специалист, который анализирует образцы почерка с целью определить, чьей рукой они написаны. Доктору Голдштейну известен почерк обвиняемого, образцами которого в виде записей в различных официальных документах мы, сторона обвинения, располагаем.
Дорогущие туфли Мириам на высоких каблуках процокали к столу обвинения, где она подхватила запечатанный полиэтиленовый пакет для вещественных улик с чем-то вроде денежной купюры внутри.
– Перед вами улика обвинения номер один.
