В теплых лучах летнего солнца, Клим медленно приближается к своей судьбе. Все уставились на него — от нерешительного спасателя до вдохновенно звезды побережья. Уверенность и подозрения равнодушно сидят рядом, а сердцеедство готово пролить свет на этот загадочный день....
Хмыкнув про себя, дошел до небольшого столика возле шкафа. Здесь было еще интереснее. В коробке с несколькими отделениями лежали скрученные рулетами галстуки, трое часов и несколько перстней. Я взял в руки часы. На циферблате значилась скромная надпись “Ролекс”. Уже не удержался от соблазна, достал свой телефон, вбил название с задней крышки. Поиск услужливо подкинул картинку и стоимость. Сорок тысяч евро!!! Это уж точно китайская подделка. Подкинул их на ладони. Да, точно, и вес странный. Бросил безделушку обратно в коробку.
"Что ж. Генри живет, как обычный европеец его возраста. Работает как сумасшедший, старается покупать красивые вещи. В этом нет ничего такого – для них это норма.
– А у тебя нет никаких травм? – задал вопрос, как только он уложил меня на живот, оседлал сверху и его внимательные руки принялись за мою спину. Масло приято согревало кожу, впрочем, оно ни при каких обстоятельствах не смогло бы конкурировать с его руками.
– Почему спрашиваешь? – не отрываясь от своего дела, ответил вопросом на вопрос Генри.
Он был только после душа, теперь мы оба пахли его гелем.
– Я бы с удовольствием поучился делать массаж. И размял бы тебя. Оу…
Генри нажал кулаком на мою травму – боль сковала подмышку и лопатку. Затем отпустила, подарив долгожданное расслабление спине.
– Послушай, я чувствую себя неловко. Позволь мне хоть как-то отплатить тебе.
– Отплатить? – спросил он, еще раз повторив нажатие. – Ты хочешь заплатить мне?
Я мысленно чертыхнулся. Постоянно забываю, что русский ему не родной.
– Нет. Генри, ты меня неправильно понял. Отплатить… это как бы… тоже сделать для тебя что-то хорошее. Понимаешь?
После непродолжительной паузы он сказал:
– Понимаю.
И снова надавил.
– Так… я могу что-то для тебя сделать?
Он ответил своеобразно. Я это понял с сильным запозданием. После того, как он пересел ниже, мне на ноги, а мне на копчик полилась струя теплого масла, эта струя превратилась в тонкий ручеек и скользнула между моих ягодиц.
– Я… – мои возражения рассеялись в воздухе, вслед за его поцелуем, пришедшимся в мою поясницу. – Могу и так. Черт, Генри…
Его язык подхватил масло и потянул вверх по моему позвоночнику. Он поднимался к моим плечам, вместе с тем его тело опускалось на мое, так продолжалось, пока его возбуждение не уткнулось твердым клином все в тот же копчик.
