Поэтому любые заведения питания здесь работают только в определенные часы, как и места для развлечений…
— Подождите, — наконец вступил в разговор Илья, — но ведь мы сегодня были в их местном парке, там гуляло много людей… Не заметил, чтобы они все ходили строем…
— А я, юноша, и не говорю о строе, — усмехнулся Карл Генрихович. — Не думаю, что права личности здесь уж сильно ущемляются, скорее, вгоняются в определенные рамки, удобные для всех. Это, во-первых. А, во-вторых, не забывайте, что сегодня суббота, выходной день…
— То есть, здесь сегодня тоже второе июня шестнадцатого года? — спросила я.
— Совершенно верно, — в качестве доказательства Карл Генрихович продемонстрировал первую страницу одной из газет.
— Странно… — вырвалось у меня. Я опять вспомнила свои последние перемещения из мира в мир, когда меня почему-то откидывало назад во времени.
Карл Генрихович устремил на меня свой взгляд, ожидая продолжения. И я решила, что сейчас самое время рассказать ему об этой загадке. Старик на время задумался, а после проговорил:
— Вероятно, для этого были веские причины… Возможно, вам нужно было оказаться в том месте в определенное время, не раньше и не позже. Но вот точно ответить не могу. Разве что, если вы мне поведаете о своих приключениях более подробно…
— Конечно, с удовольствием расскажу вам, — с воодушевлением начала я, но тут заметила заинтересованный взгляд Ильи, и вдруг стушевалась, тихо добавив: — Только не сегодня…
Пока Илья знал только самую незначительную часть моего путешествия, и уж точно не подозревал о том, что играл в нем одну из главных ролей. Даже не представляю, как бы он отреагировал, вывали я сейчас перед ним всю правду о его двойниках и моих отношениях с ними. А вдруг это отпугнет его?..
Карл Генрихович, кажется, понял мое смятение, потому что заверил, что сам не готов сегодня вести долгие разговоры, и предложил отправиться всем спать. Против отдыха никто не возражал, однако возник небольшой спор между мужчинами, кому какое выбрать место для сна. Мне-то безоговорочно выделили одну из кроватей, а вот от другой каждый любезно отказывался, заверяя, что неплохо выспится и на диване. Я была просто уверена, что, в конце концов, победит Илья, но Карл Генрихович оказался настырнее, и его последним аргументом стало:
— Диван слишком мал для вас, молодой человек. Мне же в самый раз. Тем более, я привык спать именно на диване, мне так комфортней. И точка.
— Сдаюсь, — Илья с усталой усмешкой поднял руки вверх.
— Давайте, помогу вам застелить его, — выступила уже я со своим лучшими намерениями.