Она выдалась на удивление спокойной, и я наслаждалась этим предвыходным днем, предвкушая последующие за ним сорок восемь часов отдыха. Коля вел себя сегодня особенно покладисто, его старший брат в периметре дома не наблюдался, даже Наталья Владимировна ненадолго встала с постели и заглянула к нам, справиться, как идет учеба. Для полного счастья не хватала только Ильи, который почему-то так и не появился в привычный час.
Наконец наступил конец рабочего дня, и я засобиралась домой. Коля уже куда-то умчался, я же задержалась в его комнате, пытаясь найти в сумке зеркальце, чтобы подправить макияж перед выходом.
— Для кого прихорашиваешься? — Сашин голос раздался как гром среди ясного неба, заставив меня вздрогнуть.
Справившись с испугом, я лишь молча скользнула по нему взглядом, хотя внутренне все же подобралась. И не зря.
— Ну что, попалась, подружка детства? — ухмыльнулся Саша и, захлопнув дверь, в считанные секунды преодолел расстояние между нами.
Я не успела опомниться, как оказалась прижатой к стене. Где-то жалобно звякнуло выскользнувшее из рук зеркальце, а мои запястья попали в плен к Саше.
— Что вы себе позволяете? — сжимаясь от страха, прошептала я.
Несмотря на худощавое телосложение, Романов был на редкость жилистым и сильным, поэтому мои попытки вырваться выглядели как жалкое трепыхание.
— Слушай, подружка, — хрипло заговорил он. — Давай без этого… Угомонись. Не строй из себя принцессу… Ты ведь сама этого хочешь. А я тоже не прочь разок-другой… И давай без сантиментов, а?.. Если бы ты знала, как я это не люблю… Всю эту ванильно-розовую чушь… Ну чего дергаешься? Ты ж радоваться должна… Сама выпрыгивать из одежды.
— Да хватит уже! — собрав последние силы, выкрикнула я. — Не хочу я этого. Не хочу!..
— Не хочешь выпрыгивать из одежды?.. Хочешь, чтоб тебя раздел я?.. Ладно, так уж и быть… — с этим словами Саша резко потянул меня за ворот моей блузки, отчего нитки затрещали, а маленькие пуговки прыснули в разные стороны.
Внезапно распахнулась дверь, с грохотом ударившись о стену. Это заставило Сашу ослабить хватку и обернуться на звук.
— Все в порядке, Екатерина Андреевна? Мне показалось, вы кричали…
Господи, Илья… Это Илья… Слезы облегчения заволокли глаза, и я видела лишь его силуэт в открытом проеме.
— А что здесь происходит? — следующей в комнату заглянула встревоженная Наталья Владимировна.
— Ничего особенного, — усмехнулся Саша. — Просто у Екатерины Андреевны, — мое имя он произнес с особой интонацией, — оторвалась пуговица, — в его руках, откуда ни возьмись, действительно оказалась одна из пуговок от моей блузки. — Это расстроило ее, а я пытался успокоить… А чего ты встала, мама? — тон Саши сменился на приторно-ласковый, и он пошел к матери.