В зале бракосоха кипела атмосфера ожидания, пока Василий Протопелин медленно выпивал тосты и смотрел на собравшихся. Страшное слово "война" уже давно перешло из детских воспоминаний в реальность — теперь это было как проклятие, сглаживающее неровности жизни. Здесь каждый знал, что рано или поздно придется бросить все и отправиться на войну....
– Чудеса, конечно, и у нас случаются. Можно попробовать, – согласился Бобров и отпустил подчиненного.
«Ну, теперь весь отдел начнет кругами ходить», – предположил Никита Васильевич и не ошибся. Под разными предлогами в начальственный кабинет поперли сотрудники. Задав для порядка пару вопросов по работе, топтались и, жалостно поглядывая на шефа, упрашивали остаться. Уход на пенсию начальника взволновал всех.
Выдержав осаду, Никита Васильевич поглядел на часы: начало пятого. Полковник встал, надел пиджак и медленно вышел из кабинета.
– Все равно рано или поздно придется. Сколько можно заниматься говном?! – вслух громко воскликнул он в сердцах, чем напугал проходящую мимо молодую женщину с коляской.
– Вы мне? – оглядевшись по сторонам и не обнаружив упомянутого вещества, удивленно спросила мамочка.
– Нет, милая. Я по-стариковски, сам с собой. Прости, если напутал, – смутился Никита Васильевич.
– Ничего, ничего… – протараторила молодуха и быстро покатила малыша прочь от странного дядьки. Бобров сменил прогулочный шаг на деловой, вернулся на работу и, не садясь в кресло, позвонил в Самару Ерожину.
– Я вас узнала, Никита Васильевич, – обрадовалась Надя знакомому голосу.
– Значит, нищим и помру, – шутливо огорчился Бобров. – Мне, Наденька, с Петром очень надо поговорить.
– А Петя утром улетел в Москву. Его дядя Ваня вызвал.
– Грыжин? – уточнил Бобров.
– Да. У него что-то там приключилось.
– А ты вместе с мужем почему не полетела?
– Мы, Никита Васильевич, здесь еще недельку поживем. Уж очень Волга осенью хороша. Да и мама со мной.
– Что Волга осенью хороша – верю. Может сдаться, что я на берегу Волги окажусь, – признался полковник.
– Он в час дня отзвонил, что долетел нормально. Ищите его или в бюро, или дома.
Никита Васильевич попрощался, положил трубку и тут же набрал номер частного сыскного бюро.
– Ерожин слушает, – ответили в трубке.
– Вот, Петька, обычно я тебе нужен, а сегодня ты мпс. Можешь приехать?
– Я только из Самары, но если нужен высокому начальству, приеду. Деваться некуда.
– Вот и хорошо.
