– Бард – это доспехи конские! Рыцарь на мою больную голову… И вообще – закрой рот и не мешай работе профессионала! Дитя моё.
Отмахнувшись от надувшегося крестника как от назойливого комара, чародей звучным голосом продекламировал затверженное за ночь заклинание и притронулся палочкой к седлу.
Моментально ставшим дамским, на пронзительно-желтой попоне, вышитой розовыми бабочками.
Вторая попытка материализовала на спине терпеливого мерина деревянное блюдо с дымящейся горкой подрумяненного мяса.
– Это еще что? – вытаращил глаза Лесли.
– С-седло, что еще, по-твоему… – пожал плечами Агафон, вдумчиво изучая кроны деревьев над головой. – Похоже, барашка.
– Можно кусочек? – Лес вспомнил, что стремительно приближается не только турнир, но и время завтрака, и потянулся за нежданным угощением.
– Обойдешься, – не слишком любезно замахнулся палочкой школяр, но по пальцам крестнику, к счастью, не попал: тот мигом отдернул руку, словно в кулаке Агафона была зажата раскаленная кочерга.
Третья попытка явила их очам ошарашенного человека в придворном наряде и с лютней в руках, водрузившегося с размаху на горячую баранину, лицом к меринову хвосту. Правда, продержался он перед тем, как выкрикнуть неприличное слово и растаять подобно миражу, всего несколько секунд.
– К-кабуча… – стиснул зубы маг, отступил на пару шагов, украдкой выудил из рукава шпаргалку, развернул, пробежался глазами, закусил губу, вернул пергамент на место и снова принял исходную позу для наложения заклинания преобразования.
На этот раз обещанный бард явился как и полагается: бронированное седло, стальной наголовник и шейная защита, свисающая поверх длинного покрывала кольчуга из крупных пластин…
Всё покрытое чудесной бело-голубой эмалью и вставками из хрусталя.
– Как и задумывал, – стиснув зубы, прокомментировал Агафон и ожег предупреждающим взглядом крестника.
Тот предусмотрительно закрыл рот и медленно кивнул.
– А, по-моему, на этой бижутерии ты будешь выглядеть как кукла! – раздался из кустов ехидный женский голос.
– И даже желтое с бабочками было лучше!
– Что тебе тут нужно?!
– Ерундой занимаетесь!
– Как ты нас нашла?!
– Ничего у вас не выйдет!
– А ты не командуй! Это не твой лес! Где хочу, там и хожу! – нахально заявила дочка бондаря его сконфуженному и взбешенному премудрию. Для подтверждения этого тезиса она выбралась на поляну и остановилась рядом с Лесли – нога пренебрежительно отставлена, руки в любимом жесте скрещены на груди, подбородок задран вверх.