В холодном московском доме ждут утра: асенька стирает белье и складывает туфли. Мама выглядит на перегонке, глаза полны тревоги — все вещи уже собраны, но что-то не так. Асенька требует помощи от папы, чтобы в последний момент унести подушку и плед. Внутренняя атмосфера напряжена, ощущение будто весь мир приготовился к неизвестности, которой ждет семья....
Прошлые сутки потратила на то, чтобы найти определенный состав и ингредиенты, ведь мать была непреклонна, когда я рассказала ей то, что удалось узнать. Она решила пойти самым мерзким путем, на который только была способна, а именно — лишить Асирию ребенка. Но и на этом ее жажда отмщения не затухала. Мать намеревалась вообще лишить дочь Алисы возможности иметь детей, что для любой женщины было самым большим наказанием.
Я боролась с собой, пыталась сопротивляться, чтобы не идти у нее на поводу, но желание получить долгожданную свободу пересилило, подталкивая в пучину тьмы и боли.
— Ты смотри, — довольно оскалилась дракайна, наблюдая за мной через переговорное зеркало, — на вид будто вода! — в ее глазах промелькнуло восхищение, но потом оно сменилось маниакальным блеском, и по моей коже побежали липкие мурашки ужаса.
— На вкус оно тоже не должно отличаться от воды, — пожала я плечом, чувствуя, как мое сердце больно сжимается.
— Ты же понимаешь, что если результат будет не тем, каким я хочу, то метка контроля останется на тебе? — спросила дракайна, щурясь. — Мы заключили с тобой договор при помощи клятвы на крови. Все нюансы были оговорены, и если хоть что-то не будет выполнено с твоей стороны, то и соглашение можно считать недействительным. Я буду снова использовать тебя в своих целях, а ты вновь испытаешь на себе всю «сладость» моего влияния.
— Я знаю, — передернула плечами, пытаясь игнорировать крик совести, который невозможно было усмирить свободой, маячащей на горизонте."
"— Что ж, — повела она плечом, — раз ты в курсе всего, то вперед! Нечего оттягивать столь долгожданный момент. — Как закончишь, свяжись со мной, Камери!
Зеркало показало мое отражение, и я прикрыла глаза, ненавидя себя всем сердцем.
— Слабачка! — устало произнесла я. — Ты самая настоящая слабачка Камери!
Уговаривала себя, что все будет хорошо, что вскоре смогу скинуть удушающие оковы, но я не хотела причинять страдания.
Время утекало сквозь пальцы. Ждать больше не имело никакого смысла. Маленький пузырек я закупорила и спрятала во внутренний карман платья.
