– Больше ждать некого! Все, кто летит, – внутрь!
Михаил рванул по трапу вверх, сзади застучали еще чьи-то шаги.
Он уже вваливался в салон, когда от здания аэропорта раздался взрыв, застучали автоматы. В наушнике возник голос Финча, неожиданно спокойный и беспристрастный. Только сейчас Михаил понял, что не видел его среди других бойцов. Он что, остался?
– Ублюдки идут на прорыв. Выгнали на полосу пару джипов. Парни, они не дадут взлететь самолету. Гражданские должны улететь. Мне тут нужны все. Все, кто еще достоин называться человеком. Все, кто не совсем потерял совесть. Все… Все, кто может держать оружие. Делайте, что хотите, но уберите с полосы эти чертовы джипы!
Михаил замер. Черт, что происходит? Ведь все уже практически закончилось! Какого хрена?
На трапе произошла заминка. Два бойца, бежавшие последними, как по команде развернулись и рванули обратно. Помедлив секунду, за ними дернули еще двое. Гулко бухая подошвами по трапу, мимо Михаила пробежал коренастый мужик в джинсах, красной клетчатой рубахе и жилетке. В руках мужик сжимал дробовик.
Русский в растерянности замер.
Самолет стоял уже на взлетной полосе. Рулить никуда не надо. Закрыть люк, сесть в кресло, дождаться, пока кто-нибудь разберется с этими долбаными джипами, так не вовремя появившимися на полосе, пока многотонная махина пробежит по бетону, оттолкнется от земли и прыгнет в небо. А там…
Там Мексика. Защищенная база. Никаких мертвяков, никаких сожранных подчистую городов. Затаиться. Дождаться. И благодаря содержимому кейса начать новую жизнь, по меркам нового, мертвого мира обеспеченную и спокойную. Он сможет купить оружие, нанять людей, быть может, кто знает, найти хорошую лодку и, чем черт не шутит, вернуться домой. Добраться до Сибири, например, забраться в места, где зима-мама вморозит мертвяков в грунт, не давая им шансов на продолжение этой отвратительной не-жизни, забыть все, как страшный сон.
Забыть копа из Джефферсона, убитого ударом ножки стула ради «Глока» и трех магазинов к нему. Забыть ребят Итальянца, брошенных на мосту, когда через разобранный затор хлынули неожиданно резвые мертвяки. Взгляд Фитца в зеркале заднего вида, одной рукой волокущего за собой окровавленного Стэна, другой отстреливающегося от тварей и ежесекундно озирающегося в тщетной надежде, что черный «Тахо» с Михаилом за рулем сдаст назад и заберет оставленных товарищей, выдернет их из-под самого носа у смерти, принявшей самое отвратительное из всех возможных обличий.
Забыть этих едва знакомых охранников. Роя, поймавшего пулю в голову по собственной глупости, но действовавшего из лучших побуждений. Хука, своей выходкой с бензовозом подарившего им несколько драгоценных минут. Безымянного бойца с разорванной артерией.