Владыка Святых Гор постепенно приближается к Инге и Атении, освещая себе путь в покрытых голубым снегом сумерках. Его фигура кажется огромной и мистической среди рыхлого снега, словно время остановилось на этом таинственном пути.
Джейсон, по сути, занимался психологическим тренингом, удерживая свое сознание в плоскости реальной жизни и нормального мировосприятия.
– Послушайте! – оторвавшись от воспоминаний, оживился он. – Не могли бы вы мне сказать… Почему «иезуит» избрал меня для своих грязных дел? Почему затащил меня в эту лабораторию?.. Есть много офицеров и… гражданских людей, которые бы охотно стали служить в этих дьявольских подразделениях. Я знаю таких! Им все равно, кто станет мишенью – американцы, французы, голландцы или русские… Он же выбрал меня!
– Ты оказался самым подходящим материалом, Джейсон.
– Вы говорите чушь! Я никогда не ощущал в себе каких-то уникальных способностей, таланта вождя. Мне было нелегко командовать даже батальоном!
– Командовать батальоном и вести за собой заблудших, ослепленных людей – разные вещи, Джейсон.
– Это самое сложное – выбор…
– Ты его сделал.
– Ничего я не сделал! Единственное, что я хочу, – вырваться из Президио.
– Это уже выбор!
Наконец Джейсон взглянул открыто в глаза Мамонту.
– Как вас зовут?
– Называй меня Ирвин.
– Ирвин… Прошу, помоги мне выбраться отсюда.
– Я и пришел, чтобы помочь, – сказал Мамонт.
Джейсон сразу ожил, стремительно озираясь по сторонам, словно ища, что следует взять с собой.
– Мы сейчас уйдем отсюда? Я уйду с вами?..
– Нет, Джейсон, сейчас ты не уйдешь, – умерил его пыл Мамонт.
– Это… невозможно – уйти с вами? Технически невозможно? Вы же как-то прошли сюда, через охрану, сигнализацию…
– Технически возможно. Только я должен вытащить тебя отсюда официальным путем. – Мамонт старался говорить так, чтобы не сильно разочаровывать узника. – Ты выйдешь отсюда сам. Они выпустят тебя.
Джейсон опустил голову, сокрушенно потряс ею, выдавил тихо:
– Этого не будет никогда.
