Владыка Святых Гор постепенно приближается к Инге и Атении, освещая себе путь в покрытых голубым снегом сумерках. Его фигура кажется огромной и мистической среди рыхлого снега, словно время остановилось на этом таинственном пути.
«Дремлющий ангел» дремал, как непорочное дитя…
Арчеладзе склонился над ним, словно над колыбелью. Вынести его отсюда и погрузить в джип нечего и думать: потребуется минимум четыре человека. Под упаковкой была свинцовая капсула весом килограммов двести, если судить по объему.
Вспомнил, как впервые вошел в четвертый энергоблок Чернобыльской АЭС, точнее, на пульт. Был запечатан в специальное снаряжение так, что сам весил не меньше этого бочонка, и шел, будто космонавт по Луне. А все оказалось лишним…
Человек вообще делает много лишнего, и в основном для того, чтобы уберечь хрупкую и короткую жизнь.
Стоит лишь отдаться на волю судьбы, как немедленно высвобождается своя собственная воля. И сила ее сравнима разве что с энергией ядерной реакции! Не жди смерти и не бойся ее – и ты готов уже совершить дела великие и бессмертные."
"– «Дремлющий ангел»? – то ли спросила, то ли прокомментировала Дара, склоняясь над контейнером с другой стороны.
Арчеладзе расстегнул пряжки мягкого крепежа и стал отвинчивать барашки жестких металлизированных ремней, охватывающих тело «Дремлющего ангела». Под ними оказались длинные строчки инструкции, рекомендующей правила подъема и передвижения заряда.
– Вдвоем нам не вынести его отсюда, – прочитала его мысли Дара.
– Нет, не вынести, – подтвердил он и принялся расстегивать самозажимные замки металлической упаковки.
– Что ты собираешься предпринять? – еще без всякой настороженности спросила она.
– Повинуюсь року.
Это подстегнуло ее на резкий и властный тон.
– Ты повинуешься мне, Гриф!
Он разъединил упаковку на два сегмента, высвободил ее и выбросил из контейнера.
– Я выхожу из-под твоей власти. Уходи отсюда. Твоя помощь больше не требуется.
– Гриф?!
– Отставить! Я сказал, уходи!
Она услышала все – холодную решимость и приговор. Зашла с другой стороны.
– Эдуард! Эдик… То, что ты хочешь сделать, – делать нельзя.
– С этим «ангелом»? – сухо усмехнулся он. – С ним я выйду откуда угодно. Даже если по бокам будут стоять шпалерами все «легионы смерти». Они несут смерть другим, но сами слишком любят жизнь.
– Эдик, милый…
– Всё! – рявкнул Арчеладзе. – Ты отводила глаза охране, а я отводил их от стыда. Не хочу прятаться под твоим плащом. Уходи! Слишком мало времени на дискуссии.
– Не уйду! – В ней вновь заговорила Дара.
