Владыка Святых Гор постепенно приближается к Инге и Атении, освещая себе путь в покрытых голубым снегом сумерках. Его фигура кажется огромной и мистической среди рыхлого снега, словно время остановилось на этом таинственном пути.
Если этот человек без нервов постучался среди ночи, можно было уже не спрашивать, по какому поводу. Разве что уточнить, кого именно зацепило и до какой степени. Однако Макнил принес на сей раз весть странную.
– Сэр! Из патрулирования зоны не вернулся Питер Уайн, рядовой из штурмовой группы, – безразлично доложил этот «ангел смерти». – Два бывших с ним морских пехотинца утверждают, что Уайн отстал от них всего на четверть мили, собирал цветы. И исчез.
– Что делал? – Джейсон потряс головой.
– Собирал цветы, сэр! Находился в пределах видимости.
– Зачем он собирал эти цветы? Для кого?
– Не знаю, сэр, – с тупой бесстрастностью произнес сержант. – Может, потому, что в зоне очень много цветов.
– Искали?
– Да, сэр. Прочесали весь южный склон через пятнадцать минут. Никаких следов.
– А что говорят французы? – Джейсон Дениз начинал тихо свирепеть от бесстрастности Макнила. Впрочем, сержант, возможно, по-своему переживал случившееся, однако на его иссиня-черном лице Джейсон никогда не мог заметить даже оттенка чувств.
– Французы говорят, если рвал цветы, значит, ушел к женщине. Это логично, сэр.
– Где этот парень мог найти женщину?! Где ты тут видел женщин?
– В хорватском селении, сэр! Там есть существа, напоминающие женщин.
– Вот именно, напоминающие, и только, – проворчал Дениз и стал одеваться. – Штурмовую группу – в ружье. Открыть проход в зону для бронетехники.
– Слушаюсь, сэр! – откозырял сержант.
Время было около трех – самое паскудное время, когда уже невыносимо хочется спать и когда сербские снайперы выходят на ночную охоту.
"На въезде стоял хорватский блок-пост, и офицер, от которого почему-то за километр воняло кошарой, заявил, что не только янки, но и мышь не проскочит сквозь его заставу.
