Сначала ему хотелось уйти куда-нибудь и спрятаться от всех, и, чтобы избавиться от этого навязчивого желания, он стал собирать амуницию и одежду капрала, разбросанную по земле, словно сделать это больше было некому. А когда сообразил, что занимается неподходящим для командира делом, неожиданно понял, чего боится – собственного разума!
Проклятый немец Кальт будто гвоздь вогнал в голову, сказав ему о молитве. Если Флейшер останется жив, то у него придется спросить, с какими мыслями он поднялся на вершину и не молился ли?.. А вдруг он ответит утвердительно?.. Впрочем, нет, маловероятно, поскольку капрал слишком далек от подобных мыслей, слишком самоуверен и дерзок и вряд ли помнит наизусть хоть одну молитву.
Через несколько минут это наваждение прошло бесследно, и вместо беспокойства вернулось прежнее состояние недовольства. Тем более на вершину Сатвы поднимались патрульные пары, сорванные с постов наблюдатели и штурмовая группа в полном составе – все были взбудоражены тревогой, и, как обычно, начиналась полная бестолковщина. Наконец, прибежал «черный вестник» – сержант Макнил, а где он, там жди беды, так что Джейсон вскипел и прогнал его в расположение батальона – обеспечить подготовку площадки для приема санитарного вертолета.
А несчастный Флейшер оказался жив, только был без сознания. Ему оторвало обе ноги – левую до колена, посекло осколками руки, толстый живот и лицо. И крови, на удивление, он потерял не много, поскольку взрыв мины мгновенно привел его в чувство, вернул разум. И прежде чем потерять сознание, опытный морской пехотинец, волевой, много раз побывавший в боях, отыскал возле разбитого танка куски толстой электрической проводки и перетянул себе ноги, тем самым остановив кровотечение.
Капрала эвакуировали с вершины на носилках, затем погрузили на броню и довезли до вертолетной площадки, где уже стояла машина с запущенными двигателями. Примерно через час его прооперировали в госпитале Красного Креста, и вернувшийся Густав Кальт (ездил сопровождать раненого) доложил, что Флейшер будет жить.
Джейсон физически ощутил, как груз ответственности свалился с плеч: теперь не придется искать слова, чтобы объясняться с родственниками капрала. Однако этим дело не кончилось…
То ли от испуга, то ли по стечению обстоятельств Объединенный штаб сил ООН распорядился создать еще одну, внутреннюю, зону в «зоне 0019», обнеся гору Сатву дополнительным ограждением из колючей проволоки и окружив ночными постами, выставленными по нижнему уступу. И одновременно прекратить патрулирование и всяческое наблюдение этой внутренней зоны, как понял для себя Дениз, чтобы впредь не повторялись происшествия, случившиеся с Уайном, Экстоном и теперь Флейшером.