Женщина в штатском с тревогой осматривала свой дом. Светлана Ивановна поднималась по крутому лестнице, когда внезапно заметила открытый замок и пришла в замешательство — директор уже был здесь раньше времени. Атмосфера напряженности кипела в просторной гостиной, где обычно царила спокойная работа....
Хабаров стремительно приближался.
По мощёной улице прогрохотал грузовичок. Маршрутка притормозила, из неё выскочил мальчишка и побежал, подпрыгивая, как заяц, рюкзак скакал у него на спине. Пожилая женщина одной рукой катила коляску, другой совала младенцу соску. Девицы щебетали на автобусной остановке. Солнце отражалось от золочёного купола храма. В кустах возились воробьи, и жирный голубь, треща крыльями, взлетел на подоконник второго этажа.
Всё это Хабаров увидел как будто одним взглядом.
До мотоцикла оставалась пара шагов.
Человек в кожаной куртке зарычал, с силой толкнул мотоцикл на Хабарова и побежал.
Хабаров перескочил через упавший мотоцикл и помчался за ним.
Парень в кожаной куртке перебежал дорогу перед фурой, которая громко и обиженно заревела, а Хабаров не успел. Он переждал, когда фура проедет, и увидел бегущего уже довольно далеко впереди.
…На бегу он не станет стрелять! Нельзя дать ему остановиться и прицелиться.
…Вся надежда на Джахан.
Она выскочила из подворотни наперерез бегущему, он сделал обманное движение, Хабарову показалось, что он чем-то её задел.
Когда Хабаров подбежал, Джахан уже поднялась, и они ринулись оба — догонять."
"Парень в кожаной куртке свернул в синие гофрированные ворота, за которыми гудел экскаватор и с силой колотил в грунт чугунный молот копёра. Земля вздрагивала и двигалась под ногами.
— Стой, стой, куда! Куда прёшь?!
Человек в куртке оттолкнул рабочего, попавшегося ему на пути, тот замахал руками и спиной повалился в неглубокий котлован.
— Твою мать!
Перепрыгивая через кучи песка и попадая в лужи, Хабаров добежал до развалин дома. Тот, кого они преследовали, скрылся внутри.
— Не пускай сюда никого! Слышишь, Джо?!
…Внутри было сумрачно и пыльно — старинный полуразрушенный дом, от которого целыми остались только наружные стены. Широкая лестница, кое-где осыпавшаяся, словно висела в воздухе — нижних ступеней не хватало.
…Здесь уже можно остановиться и прицелиться. У того парня есть на это несколько секунд. Более чем достаточно.
Шум стройки остался внизу, под ногами, и Хабарову казалось, что он слышит дыхание противника.
Лестница всё не кончалась, сколько же здесь этажей?! Их не может быть сто, никак не может!..
