Сентябрь 1946 года, Львов — город пустых улиц и призрачных снов. Алексей Кравец, бывший капитан контрразведки Смерш, с трудом поднимается со своего железного нары. В двери плескается ветер, а надзиратель с кобурой на ремне стучит по порогу, словно гонец из другого времени. "Твои лучшие денечки уже прошли", — прокличет невеселая мысль, когда фигура охранника оканчивает свое плаванье....
Когда же ты накуришься, наконец? А это кто? – Он ткнул пальцем в кучу дерьма в защитном френче, валяющуюся под откосом. – Я правильно понял?
– Абсолютно, – сказал Алексей.
– Ну, ты даешь! – восхитился товарищ. – Мало того что твой путь сюда усеян трупами прекрасных дам…
– Там были не только дамы, – заметил Алексей.
– Не только, – согласился Газарян. – Там были и особи мужского пола. Один орангутанг чего стоит…
– Это не орангутанг, – перебил его Алексей. – Человек, которого внедрил в банду капитан Толмачев.
– Серьезно? – Газарян насупился. – Извини, не знал.
– Там еще Греков убитый лежит, – добавил Алексей. – Ты, наверное, не заметил.
– Нет, это ты не заметил, что он живой! – заявил Газарян. – Пуля касательно по черепу чиркнула, вот башку кровью и залило. Легкая контузия, обморок. В данный момент товарищ Греков направляется в госпиталь и передает тебе пламенный чекистский привет.
Фу ты, черт, облегчение невероятное. Хоть четвертую закуривай!
– Еще одна дама идет, – сказал Газарян, всматриваясь в даль.
– Эту не убью. – Алексей улыбнулся. – Даже наоборот.
– Наоборот – это как? – озадачился товарищ.
– Много будешь знать, скоро состаришься, товарищ лейтенант!
По тропе со стороны базы брели двое. Возбужденный Якимка тащил за руку Лесю. Она передвигалась как неживая, насилу волочила ноги.
Мальчишка узрел живого капитана, заволновался, начал ей что-то трещать. Она тоже возбудилась, стала всматриваться. Изменилось лицо, расправились плечи.
Леся явно не ожидала, что этот парень останется жив, боялась узреть его хладное тело. Она быстрее пацана бросилась к нему. Девушка плакала, смеялась, прижимала руки к груди. Капитан обнял ее, она зарделась, уткнулась в него лицом, стала рыдать, как будто он все-таки помер. Алексей гладил ее по слипшимся волосам, чувствовал, как неудержимо поднимается настроение.
– Господи, я так боялась за тебя. – Она увидела тело под откосом, задрожала, но передумала устраивать истерику, тоже обняла его.
– С женщинами все в порядке? – поинтересовался он, протянул руку и привлек к себе Якимку, который потерянной сиротой мялся под боком.
Пацан заулыбался, зашмыгал носом.
– Да, их нашли ваши люди. Все живы, бандиты никого не тронули. Что же теперь будет, Алексей? – Девушка подняла голову, уставилась на него большими жалобными глазами.
– Что-то мне подсказывает, что теперь все будет хорошо, – ответил он.
