Сентябрь 1946 года, Львов — город пустых улиц и призрачных снов. Алексей Кравец, бывший капитан контрразведки Смерш, с трудом поднимается со своего железного нары. В двери плескается ветер, а надзиратель с кобурой на ремне стучит по порогу, словно гонец из другого времени. "Твои лучшие денечки уже прошли", — прокличет невеселая мысль, когда фигура охранника оканчивает свое плаванье....
Последний день старого года тоже не бодрил людей жаркими баталиями. В три часа прибыл взвод ополчения из-под Макеевки, занял позиции вблизи границы. Ополченцы были злые, неласково косились на уходящий спецназ. В вещмешках у них что-то позвякивало. Парень с хорошо развитой мускулатурой тащил на плече мешок с мандаринами. Оптимистических иллюзий по поводу проведения новогодней ночи эти парни, похоже, не испытывали.
К пяти часам вечера спецназ вернулся в Липки. Вадим сдал оружие, наспех переоделся, вышел на дорогу ловить такси.
"– Эх, приятель, подрываешь ты мою веру в российский рубль, – заявил таксист, пересчитывая наличность. – Ладно, все в порядке, с наступающим тебя.
Улицы Донецка были заполнены народом. Город снова становился миллионником. Горели витрины, блестели гирлянды.
Капитану пришлось заехать в управление – выбора не было. Рядом со старым, тщательно охраняемым особняком, в котором ютились структуры разведки и контрразведки, как-то незаметно вырос новый, пока еще весь покрытый зеленью, то есть строительными лесами.
«Замечательно, – подумал Вадим. – Надо похвастаться Кире, что я тоже работаю в динамично развивающейся компании».
Полковник Богданов, отнюдь не похудевший за последние месяцы, все еще сидел у себя в кабинете и просматривал новости в планшете.
– Очень хорошо, что в первую очередь ты заехал не к себе домой, а к любимому начальству, – заявил Богданов.
– Подхалимствую, – объяснил Вадим.
– Читаю, – подтвердил полковник. – Что характерно, ни одной хорошей. В Америке давно прошли выборы, но умнее янки не стали. Опять они самые передовые, первыми произошли от обезьян. Во всем виновата Россия – в Сирии, на Украине, в киберпространстве, в том, что мы насаждаем новый мировой порядок, основанный на насилии, и даже назначили им президента.
