В холодном полушадьи, жарко дрожащие груди скрывались за мокрыми кительными складками. Витек смотрел на линию горизонта, где темнеющие кладбища стычкой своей рябью пересекаются с оранжевым пламенем зажженных факелами улиц и домов. Яркость выстрелов небольшой группировки казалась последним светом перед адом, за которым только тьма и бесконечная ночь ждали их....
Сначала не обратил на ее обладательницу никакого внимания, но при повторном проходе вдоль перекрестка снова заметил ее, что и привлекло мой взгляд. Осторожно приблизившись, я смог рассмотреть черные локоны, выбивавшиеся из-под шляпки в тон платья, а затем рассмотрел и лицо. Сердце пропустило удар. Это была она. Лидия Воронцова. Бровки чуть нахмурены, взгляд встревоженный и недовольный, но для меня — самый прекрасный на свете! Да что со мной такое?! Встряхнулся, пытаясь прийти в себя. Неужели какая-то магия? Почему именно она на меня так действует? Причем только, когда я ее вижу.
Я еще раз тряхнул головой, и решительно двинулся сквозь толпу к девушке.
— Не меня ждете, милостивейшая сударыня? — подошел я к ней сзади.
Та чуть вздрогнула при звуках моего голоса и резко обернулась. На лице за доли мгновения пронеслось несколько чувств — от узнавания, радости, облегчения.
— Ха-ха-ха!!! — звонко на всю улицу расхохоталась Лидия.
— Со мной что-то не так? — я стал судорожно осматривать свой мундир, не понимая реакции Лидии.
Та смеялась наверное около минуты, чем привлекла внимание всех прохожих. Уже задыхаясь от буквально душащего ее смеха, она стала утирать выступившие слезы, и с укором посмотрела на меня.
— Григорий, если это ваше настоящее имя, ну нельзя же так.
— Что я сделал?
— Я-то думала, почему мне удалось так легко сбежать от сопровождающих папеньки. Даже немножко загордилась собой, а тут вы, — продолжила Воронцова невпопад.
— Да что не так? — стал я медленно закипать.
— Ваша форма. Ведь наша встреча тогда в электрическом театре была не случайной? — пояснила очевидные, как ей казалось, вещи девушка.
— Да, это моя форма. Но я не понимаю ваших речей...
— Вас ведь мой папа приставил ко мне для охраны? — уже в лоб спросила Воронцова.
— Нет. Никогда не видел вашего отца. С чего вы вообще взяли...
— Ну не он, так Роман Христофорович, — отмахнулась Лидия. — Не придирайтесь к словам.
— И все же. Я не имею к вашему отцу или названному вами человеку никакого отношения!
Мне стало почему-то обидно. Что вообще она думает о себе? Что весь мир крутится лишь вокруг нее? И мы не могли встретиться случайно?
— Правда? — скептически подняла бровь Лидия. — Хотя...
